Кино

Боль и слава: «Номинация» Надежды Михалковой

Кино о кино с ревизией собственных привилегий

На Okko вышли четыре серии первого сезона мини-сериала «Номинация» — режиссерской работы Надежды Михалковой, в которой она сама и ее сестра Анна сыграли женщин из семьи заслуженных кинематографистов, существующих в рамках текущей российской киноиндустрии, но мечтающих о настоящем кино. 

Надежда Михалкова родилась в самой привилегированной кинематографической семье постсоветского пространства — и в написанном вместе с командой соавтор_ок сериале «Номинация» она не пытается скрыть, но пытается отрефлексировать это обстоятельство (интерес Михалковой к подобной рефлексии можно было заметить еще в прошлом году, когда в короткометражном конкурсе «Кинотавра» показали ее фильм One Mango, Please — о современной Москве, увиденной глазами филиппинской няни). Нелепо делать вид, что у Михалковой нет ее исключительных возможностей, вопрос в том как именно она ими распоряжается. «У тебя есть талант, красота, родословная, ты должна… Ты не мне должна, ты людям должна», — говорит пожилой драматург главной героине, актрисе и начинающей режиссерке Вере Истоминой (Надежда Михалкова). 

Семья Истоминых отчасти напоминает семью Михалковых, с одним существенным отличием: режиссер-патриарх, обеспечивший родственников высоким положением в российской культурной иерархии, умер за пятнадцать лет до начала основного действия, оставив после себя добрую память и вдову-актрису, управляющую фондом его имени. Фонд проводит конкурсы патриотических сценариев, и тратит в никуда дотации из госбюджета, пока королева-мать — Агафья Истомина (Людмила Максакова) — перебирает перед зеркалом дорогостоящие украшения. В тот момент, когда фонду угрожает расследование по факту растраты, ее младшая — приемная — дочь Саша вынуждена спрятать от камер браслет за $8 тыс и записать патриотический ролик, из-за которого от нее уходят подписчики. Все проблемы в этом мире решаются звонками высоким покровителям, а герои оказываются одновременно и заложниками, и выгодоприобретателями своего положения.

Михалковой и ее соавторам за четыре часовых эпизода удается проговорить многое о текущем положении дел, иногда заходя на территорию сатиры, но никогда не доходя до карикатуры. Первая серия начинается с интервью Веры, в котором она рассказывает о несостоятельности и лицемерии российской киноиндустрии — после чего теряет возможность работать, пока ее старшая сестра Татьяна, чертыхаясь, бегает с «Макаровым» в гимнастерке на одних съемках, переодевается в императрицу Екатерину на других, а промежутках рекламирует подсолнечное масло «Держава» и снимается в социальных роликах электронной услуги «Венчание». Как и в случае с «Последним министром», намеренный гротеск в описании российской реальности перестает казаться гротеском на фоне ежедневных новостей. 

Некоторых зрителей покоробил эпизод в первой серии, в котором Вера, впервые вышедшая в свет после злополучного интервью, публично обвиняет в обслуживании «повесточки» молодого режиссера, с двумя своими фильмами уже побывавшего в Каннах и теперь проводящего первую ретроспективу. В этом персонаже нетрудно разглядеть прототип — Кантемира Балагова, однако в этой сцене нас не пытаются убедить в том, что Вера права. Напротив, мы уже знаем из контекста, что вся индустрия снимает ерунду, но грезит Каннами, а молодому режиссеру, рядом с которым Вера чувствует себя неудачницей, страстно завидуют, ведь он не только признан на Западе — он снимает настоящее кино, в то время, пока остальные вынуждены отрабатывать повинность на заведомо провальных проектах. На обвинения героини режиссер отвечает, что снимает о себе и своих проблемах — а что еще можно ответить, когда представитель привилегированного класса с высоты своих привилегий (Вера даже обращается к нему, сидящему внизу, с высоты последних рядов амфитеатра) заявляет, что проблематика других людей — это «повесточка»? При этом она даже не видела его фильмы.

Но важно вот что. Ни Вера, ни Татьяна не являются положительными героинями, в том смысле, в котором женщин обычно изображают в нашем кино, когда нужно ввести необходимую для постера любовную линию; обе они ближе популярным главным антигероиням из западных сериалов вроде «Секса в большом городе» или «Дряни» — то есть, к живым женщинам, не скрывающим своих недостатков. Вера — траблмейкер для всей семьи, вечно недовольная тем, что у нее есть и вечно желающая чего-то большего. Татьяна — уставшая от собственного цинизма, мечтающая отделаться от всего этого, с легкостью уходящая в любовную авантюру на съемках. 

Я уже приводила в пример Анну Михалкову, когда два года назад писала о чрезвычайной бедности диапазона женских ролей в российском кино. Матрица аристократических привилегий перекрывает матрицу привилегий гендерных: в сексистской индустрии, где правила диктуются продюсерами-мужчинами, надо быть дочерью Никиты Михалкова, чтобы на пятом десятке иметь возможность получать интересные роли обычных женщин. Для других актрис, ровесниц Анны Михалковой (не умаляя ее персонального таланта и обаяния), подобных ролей, как правило, не находится.

Сериал «Номинация» еще раз подтверждает эту гипотезу. Вера Истомина первая на моей памяти главная героиня в современном российском кино, у которой напрочь отсутствует романтическая линия; даже у Нечаевой из «Последнего министра» нечто подобное просматривается в прошлом, а у Наташи из «Почки» все же есть муж, хотя она и относится к нему чисто потребительски. 

Не секрет, что любовная линия для героини часто является требованием продюсеров, не мыслящих женщину в отрыве от гетеронормативной презентации через ее отношения с мужчиной (вспомним хрестоматийный пример сериала «Топи», где у двоих персонажей-мужчин были профессии, а три героини-женщины определялись через свои отношения с отцом или с партнерами). Вера с ее брючными костюмами и несуществующей романтической линией [с несуществующим мужчиной, а с кем еще?] выходит на зыбкую территорию непреднамеренного квирбейтинга — просто за счет иной, нетипичной энергии и мотиваций у женского персонажа (ну и за счет песни «Ночных снайперов» на титрах, чего уж там). Выходит так, что в современной российской индустрии надо быть дочерью Михалкова не только если ты хочешь играть полноценные женские роли в сорок плюс — надо быть дочерью Михалкова, чтобы иметь возможность снять историю, где интересы главной героини будут сосредоточены на творчестве и отношениях с родительской семьей: покойным отцом, живыми матерью и сестрой. Но все же нельзя не отметить, что как только у женщины оказывается некий креативный контроль над проектом, у главной героини свет тут же перестает сходиться в копеечку на партнере («Номинация», «Почка», «Настя, соберись!»); получается скорее хорошо, чем плохо. 

За реальностью, который создает Михалкова, чувствуется крепкая база классического кинематографа. «Номинация» принадлежит к жанру «кино о кино», столь любимому классиками от Феллини до Трюффо, в образцах которого киносъемки изображаются, как череда катастроф, воплощение хаоса, источник фрустрации демиурга-режиссер (но радость от служения Девятой музе перевешивает все неудобства). «Номинация» намеренно вписывает себя в традицию аддиктивного поклонения кинематографу (особенно в финале, когда Вера продает квартиру ради съемок фильма, а внук патриарха Истомина, сыгранный сыном Анны Михалковой Андреем Баковым, приходит поступать на режиссерский факультет ВГИКа, отказываясь от учебы во Франции — и несмотря на свою врожденную немоту). Преемственность по отношению к этой традиции подчеркивает и упоминание в диалогах Тонино Гуэрры — связующего звена между золотым веком европейского кино и элитой позднесоветского кинематографа. Однако, сценарий Михалковой и ее соавтор_ок фиксирует и ряд деталей, которые отличают жизнь мужчины в этой реальности от жизни женщины: Агафья познакомилась с будущим мужем-режиссером в семнадцать (то есть, будучи несовершеннолетней), муж открыто изменяет Татьяне, но требует развода, как только в измене заподозрили ее. 
Фильм «Исход», который Вера снимает по последнему сценарию своего отца и его постоянного соавтора считывается одновременно и как выспренний перестроечный символизм, и как русская версия «Мидсоммара» — современное отечественное кино состоит из подобных противоречивых референсов и контекстов. Российская киноиндустрия — специфическая среда, в значительной степени вырастающая из советской культурной номенклатуры, сформированная прошлыми заслугами, элитарностью, безнаказанностью, зависимостью от государства и постоянным унижением, но все же состоящая из живых людей со своими надеждами и амбициями и хотя бы отчасти включенная в современный мир, открыться которому полностью не позволяют известные ментальные и политические ограничения. «Номинация» — рассказ об этой индустрии от первого лица; от лица молодой женщины, которая родилась в самом ее сердце, не может отменить это обстоятельство, — и максимально честно описывает все, что видит вокруг.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.