Индустрия Кино

«Белый пароход». Экологизация киносъемок — уже в России

Первый российский кинофильм с экосопровождением запускается весной

Весной в Республике Саха стартуют съемки дебютного полного метра Инги Шепелёвой «Белый пароход» — это первый в российской киноиндустрии углеродно-нейтральный фильм. Углеродный след от производства картины (расходы на топливо и электричества, отходы производства и многое другое) будет посчитан и компенсирован в полном объеме. 

В Европе и США сеть устойчивого экологического производства кино развивается уже более десяти лет, опираясь на экологические стандарты и обязательства своих государств. В Голливуде подсчитали, что производство одного полнометражного фильма (с бюджетом более $70 млн) по отходам, потреблению электроэнергии и выбросам CO₂ в атмосферу сравним с городом в 20 тыс жителей, живущем в течение месяца. 

Экосупервайзингом проекта «Белый пароход» занимается компания Sister Mary, основанная Марией Кушниренко, более десяти лет проработавшей в выставочном и музейном бизнесе. Мы попросили Марию рассказать о том, как она внедряет свои подходы не только в кино, но и в музейном бизнесе, и зачем везти использованную пупырчатую пленку из Томска в Москву.

Мария Кушниренко

— Я не знала, что экосопровождение уже делают в России. У меня всегда было впечатление, что инклюзивные технологии, технологии развития — это дорого. Но из твоей лекции можно сделать вывод, что экосопровождение помогает снижать косты в кинопроизводстве. Так ли это?

— Тут скользкий момент, по двум причинам. Первое, есть чек-листы экосупервайзеров, которые мы используем (а мы берем сразу три — Франция, Англия и США). Там прямо по пунктам [написано] все, что нужно делать. Когда я переводила их на русский язык, у меня иногда появлялась улыбка, потому что часть этих пунктов мы итак выполняем часто, с целью экономии. Простой пример: отдел логистики, большая съемочная команда, и мы ее развозим по домам. Чтобы не оплачивать каждому такси, мы заказываем одну машину. И это экологичный подход, потому что у вас меньше выбросов, но также он экономичный, потому что это выгодно. [Примеры] такого плана встречаются много где. Только если это большой и очень богатый продакшен, тогда для них будет сюрпризом, если экосупервайзер скажет: «Нет, мы не будем оплачивать всем такси. Мы понизим комфорт, всех развезем, но на микроавтобусе». Второй скользкий момент. Если изначально мы снимаем фильм и, например, хотим сделать его углеродно-нейтральным, то мы рассчитываем углеродный след и потом его компенсируем — и компенсируем мы его, естественно, за деньги: либо высаживаем деревья, либо инвестируем в зеленую экономику. Это дополнительная строка бюджета — компенсация углеродного следа. Дальше идет экономия именно этой строки. К примеру, мы посчитали: вышло, что нам надо заплатить полмиллиона рублей за компенсацию углеродного следа. Как сделать эту позицию меньше? Отказаться от одноразового пластика на съемках. Проработать более подробно логистическую карту проекта. Выключать свет, когда он не нужен на площадке, чтобы были меньше показатели счетчиков потребления электроэнергии. И еще я — строка бюджета как экосупервайзер. Наверное, прямой экономии тут нет. Но сказать, что мы сильно удорожаем проект, я тоже не могу. Потому что все вещи, которые я делаю (как и во всей экологизации разных структур) — это денежные вливания сейчас, которые будут окупаться с другими проектами в будущем. Приведу еще один пример: экологизация кейтеринга в США. Компания Fox разыграла тендер на обслуживание кейтерингом больших съемок полнометражного фильма. Это, соответственно, контракт на несколько лет, достаточно большой — и указала, что у них не должно быть одноразовой посуды. Все должно мыться, должны стоять кулеры с водой. Один кейтеринг выиграл тендер. Они полностью перестроили свои закупки, купили себе посудомоечную машину, поменяли распорядок дня людей, обслуживающих это все. Они обслужили этот фильм, прошло два года, дальше они снова вышли на рынок, и им уже нет смысла перестраиваться назад. У них уже эти вложения были, они стали дешевле как кейтеринг, поэтому они выигрывают следующие тендеры, и по костам все становится меньше. Но естественно, когда они брали этот тендер, первоначальных вложений у них было больше, чем если бы они делали всё как обычно. 

Все идет в диалоге. Сейчас на фильме, на котором мы работаем, мы с каждым цехом проговариваем, что можно ввести. Где-то это [лишние] дополнительные деньги, где-то это время, которое тоже деньги (Смеется). Так потихонечку это все прорабатывается. 

— То есть, экологизация бизнеса — это вложение в его развития, как вкладывают в апдейт оборудования, в ремонт помещения? 

— Да.

— Ты говорила в своей лекции, что когда появляется экосупервайзер, меняется отношение продюсеров, рядом с которыми он/она находится, к процессам внутри продакшена. Оптимизируются какие-то процессы, которые раньше никто не трогал, просто потому что не приходило в голову. 

— Да, экосупервайзинг очень часто про более глубокое планирование съемок. Тебе нужно чуть-чуть больше подумать, как у тебя всё происходит. В проект включается циклическая экономика, когда ты не можешь что-то купить, а потом выбросить. Когда тебе приходится подумать, что ты потом сделаешь с этим отходом, и как он повлияет на финальную смету. У меня была обратная связь от исполнительной продюсерски «Белого парохода» Марины Чашник, что экосупвайзер привносит в проект не только экологичность, но и некую культуру — в сам съемочный процесс. Он же со всеми взаимодействует, и во время того же обеда поднимаются вопросы, совершенно другого масштаба. У меня на [других] съемках тоже было… Очень часто идет саботаж со стороны съемочной группы. С этим сталкивается любой экоактивист: когда ты сначала что-то делаешь или что-то говоришь, первым всегда придет отрицание. Сначала тебе объяснят, почему ты не прав, почему это все не работает. Но потом, когда человек сам все проговорил вслух, у него какой-то процесс [внутри ]запускается. Потому что все эти «нет» он где-то прочитал, у кого-то услышал, сам додумал себе как отмазку, почему он не сортирует отходы дома. А когда он начинает это проговаривать, что-то внутри щелкает, потому что логика-то на нашей стороне (Смеется). Человек специально выкидывает стаканчик не туда, но потом девушка почему-то роется в мусоре и перекладывает. И уже в курилке он обсуждает, например, не хоккей, а почему это надо, зачем это надо. Культура общения поднимается в процессе.

— Ты очень много изучала западный опыт, переводила с французского и английского, разговаривала с Канадой. Понятно, что там экологизация началась раньше. И также понятно, что в западных странах подобные инициативы в бизнесе являются продолжением государственной политики. У нас на уровне власти есть декларации об экологии, но мы все равно существуем в логике сырьевой державы, которой не нужны никакие креативные индустрии и смарт-решения. Потому что есть нефть и газ. Насколько такие низовые инициативы, как у тебя — бизнес слэш активизм — способны переломить ситуацию, если государство либо не помогает, либо мешает?

— Слава богу, не мешает. Наш первый углеродно-нейтральный фильм снимается при поддержке Минкульта. Я не могу сказать, почему нам дали грант, и какое влияние на это имели наши экоинициативы. Но у нас есть же строка в бюджете на компенсацию.

— И вы уже с ней подавались в Минкульт?

— Да. Мы прописывали в сметах и то, что у нас раздельный сбор отходов, и что экосупервайзер есть. Стопа никакого не было.

Но я бы хотела тебя поправить именно на тему активизма. У меня были самые-самые первые съемки, когда я приехала бесплатно, за свой счет — мне нужно было протестить, как это все работает. Все процессы, которые там выстраивались в течении дня, были неправильные, потому что это как с психоаналитиком: если ты пришел бесплатно, ты не будешь с ним работать. Ты будешь просто общаться, как с другом на кухне. С экосупервайзигом тоже самое. Если человек видит, что рядом с ним есть какой-то экоменеджер, и он тоже получает деньги, все это не активизм — он уже начинает по-другому относиться и задумываться, почему его начальство вводит такую позицию. Активизм тут скорее мешает, и я в своем бизнесе всегда говорю, что это бизнес. Я получаю деньги за свою работу. Это неизбежное будущее, я в этом уверена, и государство просто подключится в какой-то момент. Посмотрим, как это будет, но я уверена, что рано или поздно им придется делать конкретные вещи: вводить нормы, вводить серитификацию. Посмотрим, как быстро это произойдет, но это произойдет в любом случае. 

Расскажи немного, как экосупервайзинг фильма осуществляется на практике. Вы сейчас поедете в Республику Саха. Есть ли там раздельный сбор мусора?  

— Нам очень повезло. В Якутске все намного круче, чем в Москве. В Якутске — к вопросу о «не мешать» — есть Якутская экологическая компания, которая выросла из обычного коммерческого частного бизнеса по продаже строительных материалов. Директор этой компании Сергей Петров — просвещенный человек, который задумывается на тему экологии. Он начал общаться с [инициативой] «Раздельный сбор Якутск», и потихонечку появилась его компания. Сейчас, если мне не изменяет память, у них больше тридцати пунктов по городу, при том, что город не больше Балашихи. Это не региональный оператор, не УК, это абсолютно частная инициатива: сами ездят, сами все собирают, сами потом отвозят. Это потрясающе. Мы даже не ожидали, что нам не придется заказывать экотакси: можно просто найти ближайший пункт, туда пойти и сдать — и у нас не будет вопроса, поедет ли это на полигон [вместо переработки]. С Якутском другие подводные камни: у нас углеродный след очень большой, потому что надо многих туда везти. Наш первый шаг: мы убрали как можно больше московских людей и начали искать людей там.

— А в Якутске как раз есть своя кинематография и свои специалисты, в отличие от других российских регионов.

— Конечно! Там мы нашли людей, у нас якутско-московское производство — это было еще даже до питчинга решено, набирались в том числе и продюсеры с якутской стороны. Это было первое больше сокращение нашего бюджета на компенсацию [углеродного следа]. Но. В Якутске настолько низкие температуры, что люди не глушат автомобили. Они накрывают их на ночь специальным чехлом (который называется «Наташа») и ставят датчики на двигатель. Как только двигатель остывает до минус одного, он автоматически заводится, и машина снова прогревается — и так по кругу. Получается, что у нас углеродный след каждого человека, который приедет на съемки на своей машине, возрастает во много, много раз. И как мы этот вопрос будем решать, мы еще посмотрим. Общественный транспорт, конечно, работает, но я не могу как экосупервайзер [настаивать]: «Нет! Все, пожалуйста, ждите автобуса и приезжайте на автобусе!». В минус пятьдесят. Я сама на третий день отказалась от прогулок по городу и заказывала себе такси. 

— А если съемки будут проходить в регионе, где раздельный сбор мусора и нет своей кинематографии, чтобы нанять местных людей? Какие-то решения есть на этот счет?

— Решения такие. Самое главное в сокращении отходов — аудит закупок. Что вы покупаете вообще? Если у вас все многоразовое, то отходов будет очень мало. Отходы, которые появляются, все равно сортируются и везутся в ближайший пункт, где это можно сдать [в переработку]. Здесь уже исходя из региона, исходя из проекта нужно смотреть. Углеродно-нейтральный фильм можно сделать, вообще ничего не делая: вам нужно просто посчитать и компенсировать. Если у вас не получилось сделать раздельный сбор отходов, вам надо посчитать их объем, посчитать свое негативное влияние [оказывается] на окружающую среду и потом его компенсировать. Конечно, звучит грустно, но это не просто бездействие. Просто надо все учитывать, исходя из региона. Вот, мы в Томске ведем проект реставрации и экологизации [музея] следственной тюрьмы НКВД в Томске. Это проект Фонда Памяти. Я там как и руководитель проекта реставрации, и как экоменеджер: все сметы, которые проходят через меня, я экологизирую. Сейчас Томск идет по сценарию Москвы, когда ставят баки под раздельный сбор, и люди активно этим пользуются. Но, пообщавшись с местными экоактивистами, которых очень мало по сравнению с Якутском, я поняла, что все это везется на полигон. Как в Москве три года назад, когда поставили баки, экоактивисты выяснили [что отходы едут на полигон], и государство сказало, что баки поставили, чтобы мы привыкали. Сейчас ввели дуальную систему, и она действительно работает, и все активисты (и я в том числе) ездили, смотрели, что сортировка есть, переработка есть, но люди-то уже не верят. Люди слышали о первом скандале и не знают, что сейчас уже все нормально. Томск идет по тому же сценарию: сейчас им придется поднять скандал, понять, куда везти, если не на полигон. Все, что я могу, как экосупервайзер в Томске, — это сократить закупки. Не покупать то, что придется выбросить. Я посмотрела, какая переработка есть на месте. Пластик они перерабатывают — делают утеплитель. Но большинство фракций я буду собирать и везти в Москву. У меня все равно ездит команда туда-сюда, я докупаю им багаж. Сейчас у нас будет переезд [и упаковка вещей] — коробки можно сдать в Томске, а пупырчатую пленку я повезу в Москву, как бы абсурдно это ни звучало, какие бы объемы там ни были. Нам нужно это сделать.  

— То есть, экологичнее отвезти пленку на переработку в Москве, чем бросить ее в Томске, где она будет разлагаться шесть миллионов лет?

— Мне не придется заказывать специально большую машину и вывозить наши отходы в Москву. 

— Вы их вывозите с оказией. 

— Да, будем распихивать по нашей команде. 

— Скажи, по состоянию на сейчас. Насколько, по твоей оценке, российская киноидустрия готова к экосупервазингу? 

— Два года назад, когда я основала свою компанию и перевела чек-листы, я разослала письмо всем продакшенам — поспрашивала, кто у нас самый крутой, самый передовой. Положа руку на сердце, это было сложное письмо (Смеется), в котором я писала: вот, у меня менторы Netflix, Fox — смотрите, сейчас мы все сделаем. И такая сидела: «А почему мне никто не отвечает?» (Смеется). Пришел один ответ «почитайте теорию Дарвина». Что это все не нужно. Один продакшен слетел. Стало понятно, что уровень осознанности общества еще на таков, чтобы они восприняли и поняли, что это надо делать. И мы очень активно начали заниматься просвещением. Лекция, которую ты смотрела, я прочитала уже больше десяти раз. И буду продолжать читать, совершенствуя ее. Хотелось бы мне заниматься исключительно продакшеном , но вопрос просвещения у нас итоге вылез на первое место. 

— Это и есть активисткая часть твоей работы.

— Да. Оказалось, что просвещение — пункт номер один, я была к этому не готова.

Тем не менее, есть точечные инициативы. Кто-то, например, сортирует отходы на площадках. Для следующего поколения, которое за нами, — нонсенс этого не делать. Раздельный сбор все равно появляется — это неизбежно. Еще были случаи, когда отказывались от одноразовых бутылок, что тоже очень важно. Опять же, про экономику проекта: если вы снимаете большой фильм и отказываетесь от бутылок 0,5 в пользу кулера и брендированных многоразовых бутылок для каждого члена группы, вы можете сэкономить до $250 тыс. Это охренеть, как много. Понятно, что речь о большом полнометражном фильме, снимающемся больше двух лет с бюджетом более $70 млн. В России тоже делает такие вещи — точечно. Но системный подход — мы его первыми осуществляем. Пока что я ни с кем не общалась, кто был бы готов еще. У меня большие ставки на «Белый пароход», что мы это сделаем и станет понятно, что это не легенды и это можно делать в России. 

— Есть ли какие-то рекомендации для продакшенов, которые пока не готовы нанять экосупервайзера, но уже хотят двигаться в этом направлении? — На нашем сайте в разделе «Съемки» лежит переведенный на русский язык чек-лист экосупервайзера. Там очень много пунктов, которые, как я говорила, кто-то уже выполняет просто в целях экономии. Мне очень нравятся французы в этом плане, потому что они чуть ли не в каждой строке своего чек-листа пишут «по возможности». Посмотрите свои возможности: что вы можете сделать? Конечно, когда смотришь весь чек-лист, думаешь: «Господи, это вообще другая вселенная! Как я могу это все сделать?». Можно же просто в самой студии ввести раздельный сбор, не на съемочной площадке, если вам покажется, что на съемочной площадке — это слишком безумно. Почему бы не закупать сертифицированную бумагу для печати сценариев? Кому что откликнется, кому что покажется более приемлемым.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.