Кино Сериалы

Танатос в большом городе. Почему SATC — все еще революционный сериал

Экспресс-тест на эйджизм

Современную эпоху высококачественных телесериалов принято отсчитывать с «Клана Сопрано». Американская телеобозревательница Эмили Нуссбаум в одном из своих эссе объясняет, почему. До появления в конце 1990-х годов качественного кабельного телевидения, сериалы (за редчайшим исключением, вроде «Твин Пикса») считались низким жанром и не удостаивались внимания критиков. Но «Клан Сопрано», стартовавший на HBO в 1999-м, напоминал профессиональным синефилам (в основном мужчинам) о гангстерских фильмах Копполы и Скорсезе — о том, и являлось для них настоящим кино. Получив наконец внимание качественной прессы и статус киноискусства, сериалы перестали быть презренным «мылом» и стали «престижным телевидением».

Между тем, «Секс в большом городе», который вышел на том же HBO на год раньше, по своему значению и влиянию на культуру и повседневную жизнь миллионов людей оставляет далеко позади своего сиблинга, «Клан Сопрано», который дожил до сегодняшнего дня (в первой серии нового сезона SATC мистер Биг умирает от сердечного приступа после тренировки на Pelaton — акции производителя тренажеров рухнули в день премьеры; может ли ваш «Клан Сопрано» похвастаться чем-либо подобным?!).

Знаменитую четверку героинь «Секса в большом городе», повторяющих динамику «Трех мушкетеров» с тремя устоявшимися персонажами и четвертым, находящимся в поиске, породила сама бизнес-модель HBО. Подписной кабельный канал, развлечение среднего класса в больших городах — среди этой аудитории было уже немало платежеспособных женщин, готовых к тому, чтобы озвучивать свои желания и видеть на экране самих себя. Они заказали и оплатили эту музыку (и потому музыка оказалась именно такой: полной классовых, расовых и гендерных стереотипов, очень далекой от сегодняшнего понимания инклюзивности).

Главная героиня шоу, секс-колумнистка Кэрри Брэдшоу могла бы заявить вслед за Анной Ахматовой: «Я научила женщин говорить». В сериале почти не было секса, как такового (а тот, что был, происходил в основном в бюстгальтерах), но было много разговоров — не столько о сексе, сколько о том, чего ждет от секса и отношений молодая (но не слишком юная) жительница большого города. Кэрри принято считать одной из первых женских героинь массовой культуры, одинаково далеких и от идеализации, и от демонизации; ее отвратительные поступки и ее очаровательные проявления были человеческим, просто человеческим. И это была революционная инновация. 

Забавно, что «Секс в большом городе», в 1990-х запустивших диалог о сексуальности из позиции женской субъектности, сегодня выглядит реликтовой флорой на фоне буйно цветущих лесов вербализированного сексуального многообразия. Ключевым приемом колонки Кэрри, находящейся в вечном поиске несуществующей нормальности, было высмеивание кинков разнообразных встреченных ею и ее подругами мужчин. Но оказавшись в новой версии сериала соведущей подкаста на ту же тему, Кэрри не может поддерживать диалог, в котором собеседники открыто говорят о собственных кинках (вроде мастурбации на стадионе «Янкиз») от первого лица. Если в конце 1990-х новым был сам факт того, что у женщин есть какие-то желания, расходящиеся с желаниями партнеров-мужчин, то сегодня разговор о сексуальности ведется на таком языке (и таких языках), что кажется ровесницам Кэрри белым шумом (в российском менстриме, все, что не описывается, как гетеросексуальная пенетрация из позиции мужского доминирования, неразличимо до такой степени, что считается «новым пуританством»). 

And Just Like That. Атмосфера ранних серий классического сериала — брызги шампанского и туфли Manolo Blahnik — сформировала стереотип его восприятия. Но если сегодня пересмотреть шоу от первого к шестому сезону залпом, то становится заметно, что тон повествования меняется также, как меняется ощущение от жизни между 30 и 40, когда интенсивность романтических переживаний и первые большие успехи остаются позади, а ты все еще находишься в той же точке без надежды на перемену участи. Забота о малолетних детях и пожилых родственниках также не способствуют вечеринкам с шампанским; неудивительно, что Миранда, посвятившая двадцать лет воспитанию ребенка и зарабатыванию денег, не может попасть в нужный вайб на курсах по правозащите и инклюзии, куда пришла, руководствуясь самыми благородными побуждениями. Под конец шестого сезона Кэрри обнаруживает, что спустила все заработанное на туфли и почти превратилась в героиню стихотворения «В ботинке на опушке жила-была старушка»; на этом сериал (хотя и с вознаграждением в виде утешительного мистера Бига) и закончился — как тогда казалось, навсегда.

Но Эрос не единственный бог людей, за ним неотступно следует Танатос. Вдруг оказалось, что героини великого шоу, ставшие подругами, старшими/младшими сестрами для миллионов женщин мира (когда я смотрела сериал в первый раз, Кэрри была старше меня на десять лет, когда во второй — она была на десять лет меня моложе) все еще отчаянно нужны своей аудитории. 

И разговор на этот раз пойдет не про секс.

Перезапуская SATC сегодня, его создатели рисковали навлечь на себя гнев части зрителей, грезящих шампанским и туфлями, — и они его навлекли (поговорим, когда вам будет за сорок, хейтеры). Но для меня, человека, никогда не имевшего перед глазами стареющих родственников и всю жизнь вытесняющего смерть на периферию сознания, первые две серии внезапно оказались ответом на многие вопросы. Биг умирает от сердечного приступа, как умирают сотни тысяч мужчин около шестидесяти; Миранда и Кэрри кажутся динозаврами на фоне своих собственных идейных наследников и наследниц; самая душераздирающе смешная шутка в этом контексте — эгоцентризм Шарлотты, которая так рыдает в похоронном бюро из-за фальшивого чувства вины, что новоявленной вдове приходится ее утешать. Это слишком, слишком жизненно. 

Кэрри, дай совет, как нам жить теперь. Внутренняя гомофобия внутренняя мизогиния кажутся ерундовыми детскими болезнями на фоне внутреннего эйджизма. Старение ужасно и неотвратимо, но если ты проведешь нас по этому пути, то, может быть, нам будет не так страшно по нему пройти. Революционный сериал, в 1990-х сделавший столько для растубирования секса, сегодня снова совершает революцию, разрушая табу на разговор о старении и смерти.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.
%d такие блоггеры, как: