Кино

«Художница и вор»: освобожденные

Документальный фильм о необычной связи доступен на российских платформах

На платформах (например, на ivi или Okko) под неправильным («феминитивы не нужны») названием «Художник и вор» доступен документальный фильм Беньямина Рее о связи двух травмированных людей, мужчины и женщины.

Молодая чешская художница Барбора Кисилкова переезжает из Берлина в Норвегию, чтобы начать новую жизнь. 20 апреля 2015 средь бела дня ​​две ее большие картины похищают в галерее Нобеля в центре Осло: «Хлоя и Эмма» (холст, масло, 150х230 см) и «Лебединая песня» (холст, масло, 200х140 см). Второе произведение особенно ценно для Барборы, поскольку с него начался ее норвежский период жизни. Воров задержали, но полиция утверждает, что полотна уже не вернуть, поскольку злоумышленники, находившиеся под воздействием наркотиков, сами не помнят, куда их дели. Надеясь найти хоть какие-то ответы, Барбора посещает заседания суда над одним из подозреваемых — рецидивистом Карлом-Бертилом Нордландом. Неожиданно для самой себя во время перерыва она подходит к вору и спрашивает разрешения нарисовать его портрет. 

Так начинается очень странная дружба.

Беньямин Рее — норвежский режиссер-документалист, начинавший карьеру в BBC и Reuters. Его дебют «Магнус» о лучшем шахматисте мира Магнусе Карлсоне показывали в 64 странах после премьеры на кинофестивале «Трайбека». «Художница и вор» снискал еще больший успех: Спецприз жюри за креативное повествование в конкурсе мировой документалистики на «Сандэнсе», «Золотая огненная птица» на Гонконгском кинофестивале, Приз зрительских симпатий на Лондонском фестивале BFI. 

Рее отслеживает развитие отношений Барборы и Бертила на протяжении трех лет. Материал выигрышный и на первый взгляд требующий минимальных авторских усилий: есть два космически далеких человека — художница и вор, барышня и хулиган, эмигрантка из Восточной и делинквент из Западной Европы, — и между ними эмоциональная связь, начавшаяся с преступления. Остается следовать за событиями. 

«Магнус» выстроен так же. Путь Карлсона к чемпионству показан как плавный и по большому счету беспрепятственный взлет. От детства — к первым победам, ко все более взрослым турнирам. Линеарный сюжет поддерживается комментариями семьи (в первую очередь отца — также квалифицированного шахматиста) и специалистов, отрывками телерепортажей. Среди прочего в середине фильма возникает краткий флешбек — повтор сцены, но с иным закадровым текстом. Именно этот прием, заимствованный из игровой продукции, Рее делает базовым в «Художнице и воре», применяя свою режиссерскую власть гораздо изобретательнее.

Сначала, после титра «Художница», видим события глазами Барборы. В следующей части — «Вор» — слово берет Бертил. Нам показывают одни и те же сцены — каждый раз поданные через другого персонажа. Благодаря такому разделению нарративов создается нужная стереоскопия, так, чтобы характеры Барборы и Бертила предстали перед нами объемно, со всей необходимой психологической светотенью. И становится понятным, что общего между ними больше, чем кажется. 

Что Карл, вор, наркоман, с тату на груди «Стукачи — вымирающий вид», имеет талант в столярном деле, хорошо учился, помогал детям с особенностями развития, достиг третьего места на чемпионате Европы по ВМХ, но связался со скверной компанией; что он живет в страхе не оправдать надежды тех, кто ему доверяет, и его детство было одиноким и переломанным. 

Что Барбора помешана на теме смерти с ранних лет, что она долгое время жила с мужчиной, который ее унижал и бил, что семейная терапия делает только хуже, вынуждая Барбору осознать, насколько ее деструктивные настроения мучают близких, что свои тревожные гиперреалистические полотна она рисует, чтобы сублимировать страдания — свои и разлитые в мире. Что оба — и внешне брутальный Карл, и любознательная Барбора по сути своей уязвимы, как дети. Только первый — это ребенок брошенный, в то время как вторая — ребенок, играющий рядом с автострадой. Тяга к саморазрушению в них одинакова. Карл ее глушит наркотой, а Барбора — у мольберта.

Отношения Барборы с мужчинами легкими не назовешь. Абьюзивная связь с бывшим сожителем продолжалась после всех издевательств. Нынешний партнер по имени Ойстейн участлив и уважителен, что омрачено, однако, финансовой зависимостью от него. Эпизод, где Барбора, просмотрев счета за аренду мастерской, звонит Ойстейну с просьбой об очередном одолжении, полон боли и слез. 

И вот появляется Карл Бертил — уголовник, наркоман, неуравновешенный социофоб. Дальнейшее развитие кажется предрешенным.

Но здесь сказывается сквозной прием работ Рее: даже не Deus ex machina, а счастливое стечение обстоятельств — к героиням/героям должна благоволить судьба. Крамник неожиданно проигрывает на турнире претендентов, открывая Магнусу дорогу к чемпионству; Барбора, отправившись на свой страх и риск в логово некоего мафиози, находит в подсобке неповрежденную  «Лебединую песню»; и, наконец, Бертил оказывается, вопреки угрожающей внешности, тонкой натурой. Он плачет перед своим портретом с провокационным названием The Pussy In You, поскольку никогда раньше не видел себя нарисованным, а еще и потому, что инстинктивно понимает искусство, чувствует потребность в нем. В то же время в Карле художница находит не просто материал, но и вдохновение. Человеческое берет верх над мужским/женским, а эстетическое — уточняет человеческое. Барбора и Карл начинают действовать вне любых иерархий, вне матрицы власти и усмирения, которая возникает, или скорее навязывается везде, где есть хотя бы намек на социальное неравенство между партнер(к)ами, тем более разнополыми.

Так возникают неожиданные параллели с «Портретом девушки в огне» Селин Сьямма. Фильм Рее также начинается с пустого холста, а модели почти слово в слово описывают оптику их отношений с художницами: Элоиза спрашивает Марианну: «Пока вы смотрите на меня, на кого смотрю я?», Бертил замечает о Барборе: «Она очень хорошо видит меня, но она забывает, что я ее вижу тоже».

Одно сущностное расхождение, впрочем, делает дальнейшее сравнение невозможным. 

Рее, обыгрывая хрупкость Барборы и потрепанную мужественность Бертила, дразнит шаблоны эротизма в зрительском восприятии. Но это ложный след.

Элоиза и Марианна сближаются, потому что не имеют иного выхода, их пребывание на острове — краткое мгновение свободы, которым нельзя не воспользоваться. Через взаимную страсть они достигают утопии сестринства, а финальный портрет — тайный знак любви, запрещенной прочно и безусловно.

Барборе и Бертилу никто не запрещает любить друг друга, но они, стоит повторить, слишком похожи внутренне, в своих разрушительных интенциях, в своих одержимостях и «демонах» (еще один общий мотив с «Магнусом»). Именно потому полотно, на котором Барбора нарисовала себя приникшей к лежащему на софе Бертилу, — оба полуголые, — на удивление асексуально. Патриархальный паттерн музы как эротического объекта, вдохновляющего  субъекта-художника, здесь опрокинут совместными усилиями героини и режиссера.

Ведь Рее сам действует как живописец: оперируя вместо красок драматургией, рисует впечатляющий парный портрет. И свою режиссерскую живопись замыкает композицией Барборы. Фигурами художницы и вора, пойманных в рамку холста — и свободных в объятиях друг друга.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.
%d такие блоггеры, как: