Книги

Прекрасное далёко, как ты ко мне жестоко: «Павел Чжан и прочие речные твари» Веры Богдановой

Плюс чипизация всей страны

Мне непросто дался этот текст. Сначала пришлось поговорить с литературной критикессой Лизой Биргер, потому что я не чувствую себя вправе писать что-то плохое об интереснейшей книге, которая ещё и написана очень талантливой писательницей. Но в процессе разговора, я уяснила, что всё же не готова отбросить свою главную претензию, хотя с остальными вроде разобрались.

Впрочем, давайте по порядку.

Действие романа Веры Богдановой развивается в далёком будущем. КНР готовится отмечать столетие, Россия входит в состав САГ — Союза Азиатских Государств — и готовится к чипированию, как в ведущей стране мира, Китае. Главный язык мира — китайский, причём экспансия доходит до того, что даже россиянам дают китайские имена.

Павел Чжан рождается в семье преподавателя русской литературы, прибывшего в Россию из Пекина. Билингва с детства, Павел обладает симпатичным лицом полукровки, грезит Китаем, но живёт в Коломне, пока его родители загадочным образом не исчезают. Он оказывается в детдоме, начальница которого продаёт детей педофилам. Увы, некоторые вещи не изменятся даже в будущем.

Некто по имени «просто Костя» растлевает Пашу в дорогой тачке, на природе и в какой-то момент в герое просыпается Шваль, альтернативная личность, способная на абсолютно чудовищные вещи. Выросший Павел работает в «Аду» — корпорация, которая занимается производством чипов, называется «Диюй», в переводе с китайского и есть «ад», так что при желании можно принять его за падшего ангела или за дьявола, в любом случае это не тот персонаж, за которого вы будете болеть. Травма Павла разливается по его жизни бурой тиной, а гладь старинного пруда обманчива — скрывает в себе не только тварей речных, вроде русалок, но и мать героя, промышлявшую продажей тела до рождения сына и после исчезновения мужа. Насилие, пережитое в детстве, отравляет его существование, не давая привязываться даже к любимой девушке.

Девушку зовут Соня, она религиозна и напоминает слепок Сони из сериала «Топи». Она тоже по-своему бунтует и состоит в оппозиционной организации «Контрас», что борется с чипированием. Параллельно Соня волонтёрит в реабилитационном центре «Благие сердца» для зависимых от интернета. В финале романа Соня оказывается в классической патриархальной ловушке — босая, беременная и на кухне. Она не может нормально жить, поскольку попалась во время очередной акции, и теперь ей путь заказан на любую работу.

Удивительным образом, самый симпатичный и адекватный персонаж романа — русский парень Игорь Лыков, живущий в Коломне, заботящийся о своей умирающей бабушке и мечтающий покинуть «Диюй» ради создания сети собственных кофеен «Читальня». Игорь оказывается в качестве руководящего группы на месте, куда метил Павел. Чжан моментально назначает Лыкова врагом и считает мажором, которому всегда везёт. Но жизнь Игоря гораздо сложнее, да и пост ему совсем не сдался — руководитель из него так себе. Честно говоря, я всю книгу ждала, что в какой-то момент Игорь споткнётся и окажется на тёмной стороне, но нет, он тот самый nice guy, которые может и finish last, но остаются хорошими до конца.

С Павлом сложнее. Растущий в атмосфере ненависти, он холит и лелеет в себе скиллы программиста, что позволяет ему получить престижную работу. Однако САГ пропитан ксенофобией, и для русских он всё равно Другой. Китаёза. Разумеется, Богданова через фантастический сеттинг говорит о нашем времени и рисует картину России двадцатых годов XXI столетия. Это мы не терпим других. Это у нас насилие давно уже стало системным. Это у нас сейчас оппозиция, которой трудно поддержать даже собственных членов. Это мы варимся в чёрт-те каком кругу ада, но выход из него возможен только в стиле чемодан-вокзал-Китай.

Мне всё это очень хорошо понятно. И «Павел Чжан» — прекрасно написанная и отлично продуманная книга, если не обращать внимания на женских персонажей. А с ними вот какая беда. Положительные героини — это когда грудь помещается в ладошку. В остальных случаях пышные бюсты признак женщин продажных и коварных. Борисовна из интерната, что продаёт Павла «просто Косте» — «была дамой плотной, настоящая глыба костей и мышц. Крепкие квадратные плечи, из которых росли короткие, но столь же крепкие руки с ладонями-лопатками». Запястья, конечно же «мясистые», на пальцах кольца, рот узкий. От такой точно ничего хорошего не жди. Как раз тут кроется ловушка: зло очень редко себя манифестирует. Как говорилось в старом фильме, «маньяки — такие же люди, как и мы». Мне, даме плотной и с большим бюстом, конечно, грустно, что в таком отличном романе хорошие персонажи сплошь худые и атлетичные, а полнота становится признаком зла. Только «просто Костя» оказывается весьма заурядным типом — и на том спасибо.

Писательница смакует части тела женщин, идеально передавая male gaze своих персонажей. Обтянутые юбками попки, соблазнительные вырезы — я понимаю, что патриархат никуда не денется в ужасной России будущего, но можно я помечтаю, что наступит день, и хотя бы наша литература будет свободной от персонажей, воспринимающих женщин отдельными частями тела?

Характеристика «Павла Чжана» как «пацанской прозы» слегка успокаивает мою паранойю — в конце концов, сейчас в стране ситуация у женщин далеко не самая лучшая. Мне понятно, что насилие порождает насилие, и Павел не сможет остаться положительным персонажем, но это не мешает миру канонизировать его в финале. Оппозиция не брезгует нечестными приёмами — это роднит «Павла Чжана» с только что вышедшим на экраны «Майором Громом», в котором главный преступник борется с власть имущими. Но в случае романа, напрашивается вывод «какие времена — такая и оппозиция».

Конечно, все рецензенты заостряют внимание на чипировании, однако мне кажется, что это вообще совсем не самое важное в книге. Более того, судьба Сони показывает нам, что человека можно уничтожить и без какого-либо устройства в теле. Главное, конечно, это история насилия. Сломанный в детстве Павел, так и не может вписаться в общество: он будто полная противоположность улыбчивому красавцу Лыкову, хотя между ними много общего. Системное насилие, зашитое в нас на подкорке, останется с нами и в будущем. Это очень печальный вывод, но что остаётся? Мне бы ужасно хотелось, чтобы Павел извёл Шваль из себя, но это только в кино появление прекрасной девы меняет протагониста; в жизни приходится долго рефлексировать и копаться в себе, а у Павла такой роскоши нет, он вынужден выживать с ощущением полного внутреннего распада.

Недавно в России издали книгу Сергея Плохия «Чернобыль», в которой идеально просматривается главная проблема нашей страны: все беды России — в невероятном харассменте со стороны начальства. Любого. Я подчеркну ещё раз: ЛЮБОГО. Будь то высшее руководство ЦК КПСС или главред популярного СМИ. Все люди, наделённые властью, начинают ею злоупотреблять. Все люди, которые им подчиняются, боятся настолько, что скрывают, недоговаривают, перестают проявлять инициативу, лебезят, уходят в отказку и тп. Те, кто начинает давать отпор, или сомневается в словах начальства, объявляются неугодными, неудобными, нерукопожатными и подлежат забвению. Так работает у нас «кансел калча», о которой так любят рассуждать интеллектуалы.

Насилие над слабыми, которому посвящена книга Богдановой, лишь подсвечивает этот факт. Павел вершит правосудие своими руками, но не чувствует облегчения. Напротив, ему приходится окончательно слиться со Швалью и стать окончательно невыносимым — и отъезд в Китай лишь усиливает его внутреннее гниение. Страна, о которой он мечтал в детстве, оказывается обманкой, рекламной голограммой, скрывающей обглоданный остов. «Павел Чжан» — беспросветная история, но многие из нас помнят, что в прекрасном далёко голос спрашивает строго. Ничего гуманистичного в нём нет и не предвидится.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.
%d такие блоггеры, как: