Кино Книги

Триумф правды: «Кастелау» Шарля Левински

Да, это книга про кино

«В какую секунду смещаются чаши на весах истории? В тот миг, когда большинство людей начинают думать иначе? Или лишь тогда, когда они отваживаются эти новые мысли вслух высказать?» Так пишет опальный сценарист Вернер Вагенкнехт в своем дневнике. На дворе апрель 1945 года, и он застрял в альпийской деревушке Кастелау вместе со съемочной группой фильма студии UFA «Песнь свободы».

Но вы же, наверняка, хотите, чтобы все по порядку?

«Вот этого мне будет недоставать. Твоих одергиваний. „По порядку, по порядку“. Надо бы тебе для меня мраморную табличку заказать с этими словами. Но, чур, золотыми буквами». Это уже владелица бара Тициана Адам осенью 1986 года дает интервью американскому киноведу Сэмюэлю Энтони Саундерсу. Она такая классная, эта Тициана, Тити, как ее звали в молодости. Ничто ее не портит — ни шрам на лице, ни желание смолить сотню сигарет в день, ни грубость. Просто Тициана когда-то любила Вернера, пылко, по-настоящему, но жизнь сложилась иначе.

Вообще я должна была начать этот текст со сравнения с другими книгами о кино. Когда-то мы зачитывались «Киноманией» Теодора Рошака (в оригинале Flicker), своего рода книжным вариантом «Нового кинотеатра „Парадизо“». Недавно все мы читали едкую сатиру на кинокритиков «Муравечество» в исполнении Чарли Кауфмана. Есть еще загадочное «Ночное кино» Мариши Пессл — все в документах и обрывках историй. И, наконец, есть волшебная книга Стива Эриксона «Зеровилль», не слишком-то удачно экранизированная Джейсом Франко.

Книги о кино обладают какой-то невероятной притягательностью — конечно, я говорю о себе, но кому не хочется прикоснуться к закулисью и стать хоть чуточку ближе к фабрике грез? Если кино это обман зрения, то книги о кино пытаются хотя бы немного раскрыть этот обман.

Роман Шарля Левински — совсем другая история.

Мы знакомимся с нашим героем, киноведом и владельцем видеопроката «Фильмы навсегда» Сэмюэлем Саундерсом в последние часы его жизни, когда он в 2011 году пытается уничтожить звезду актера Эрни Уолтона на Голливудском бульваре. Почему? Что такого натворил Уолтон? У Сэма есть ответы, и они не понравятся Голливуду. Его звезда в прошлом звался Вальтером Арнольдом и был записным героем нацистской пропаганды. Кроме того, он трепло и убийца. Но еще он гей и скрывает это, как может.

Роман Левински — погружение на 400 страниц в эпоху агонии Третьего рейха, рассказанную с точки зрения деятелей искусства. Съемочная группа костюмного фильма «Песнь свободы» осенью 1944-го понимает, куда ветер дует, но еще острее чувствует, куда падают бомбы союзников. Режиссер предпринимает попытку взять справку в санаторий, но врач слишком ушлый и еще верен фюреру. Рождается план по переносу съемок на натуру, где не рвутся снаряды и где можно снимать в замке. Так рождается план побега в баварский городок Кастелау, где по уверениям директора картины есть прекрасный замок. А то декорации на студии сгорели — вот беда!

Вернер Вагенкнехт получает новую биографию — теперь он Франк Эренфельз и его берут, чтобы править сценарий на месте. Тициана подвязывается за ними, включив все свои природные чары и умение шантажировать. Ей просто необходимо бежать из Берлина, потому что сболтнула лишнего, заявила, что у нее ТАМ есть влиятельный любовник. За такое и присесть можно, а то и привстать к стенке и получить пулю в лоб.

Застрявшие в Альпах столичные киношники сталкиваются с абсолютно незнакомой им жизнью. Кто-то слишком ревниво оберегает порядок, кто-то скрывает дезертира, а кто-то пытается просто жить, как раньше. Перепахавшая жителей Кастелау, война наконец-то добирается и до съемочной группы — ей приходится маневрировать в новых условиях, когда Вторая мировая неумолимо движется к финалу. В дневнике Вагенкнехта появляется великолепная запись о слонах, идеальная метафора происходящего. Все ждут американцев. Надо бы и с фильмом что-то сделать, но как переиначить нацистскую патриотическую драму? (Довольно паршиво написанную, кстати.)

Левински постепенно устраивает своим персонажам испытания. Им не везет с самого момента отправки из Берлина — не хочется спойлерить книгу, это как раз тот самый случай, когда надо все открывать постепенно. Правда в романе разматывается медленно, но не мучительно. Просто частично Сэм берет интервью у уже сильно пожилой Тицианы, а она любит увести рассказ в сторону! Ее можно понять: полученный в Альпах шрам на лице навсегда положил конец ее только-только начинавшейся кинокарьере. Спасением становятся страницы дневника Вернера и ответы родственников жителей Кастелау.

Шарль Левински — звезда швейцарской литературы, пишет о Веймарской республике, но с кинопроизводством знаком не понаслышке: в начале карьеры он сочинял сценарии к ситкомам «Fascht e Familie» и «Fertig Lustig». В интервью к релизу «Кастелау» он говорит: «Все мои книги — о том, как мы пересказываем свои воспоминания и свои истории снова и снова, пока нас не устраивает рассказанное. Никто не помнит события так, как они развивались — люди для такого не годятся. Мы помним события так, как хотим помнить, и как нам их рассказывают».

«Кастелау» как раз такое упражнение в восстановлении произошедшего. «Все лицемерят. Но у каждого на это есть свой резон». Что интересно, Левински не считает Саундерса хорошим персонажем. «Он нашел отличную историю, но никому она не нужна. Вы бы тоже злились на его месте».

Отличить правду от вымысла в романе Левински не стоит и пытаться. Я, конечно, полезла искать, был ли пожар на студии «Бабельсберг» в 1944-м, но потом одумалась: просто книга кажется настолько реалистичной, а способ рассказа настолько достоверным (Документы! Записи! Переписка! Дневники!), что невольно принимаешь все за чистую монету.

«Би-муви с клиффхэнгером» называется рецензия на роман Левински в Die Zeit и если первое слово идеально описывает снятое кино, то к роману это точно не относится. «Кастелау» — великолепно написанная и отлично переведенная Михаилом Рудницким книга, которую можно проглотить за два вечера, потому что события накаляются с каждой страницей. Левински усердно подкидывает нам деталь за деталью, пока не выстраивается общая картина, совсем не похожая на мемуары Эрни Уолтона «По дороге в Голливуд». У Саундерса это вызывает ярость, он намерен восстановить правду. Но кому нужна правда, если есть такая красивая история об актере, бежавшем из опаленной войной страны и ставшем любимцем Голливуда?

Это только писатели убивают своих любимцев, Голливуд конца нулевых XXI века еще к этому не привык и защищает от нападок киноведов-ноунеймов. Напиши Левински роман на три-четыре года позже, у «Кастелау» было бы совсем другое начало.

Шарль Левински, «Кастелау»
Издательство Ивана Лимбаха, 2021
Купить на сайте издательства

%d такие блоггеры, как: