Индустрия Кино Книги Сериалы

«Шерлок в России»: манифестация подавленной гомосексуальности через мизогинию

На канале bisexual flower garden скоро будет обновление

Недавно один мой мьючуал в твиттере запостил ссылку на восхитительный канал в YouTube под названием bisexual flower garden. Его автор в режиме гомоэротической визуальной рефлексии выкладывает фрагменты из фильмов — в основном из «Ивана Грозного» Сергея Эйзенштейна и картин с участием актера Максима Матвеева. Если смотреть эти ролики подряд, возникает полная магии, страсти и боли альтернативная вселенная, в которой Максима Матвеева неудержимо тянет к Антону Шагину энд вайс верса (они вместе снимались в сериале «Бесы» и «Стилягах» Тодоровского). Этот канал — отчаянная попытка похитить у реальности то, что она тщательно пытается скрыть от взгляда; именно оттуда BadComedian позаимствовал нарезку из интервью Матвеева про «мужиков в форме» для своего выдающегося (без иронии выдающегося) обзора на «Союз спасения». 

Каким бы гетеронормативным ни было наше кино, в том числе и из-за закона о «пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений» (отмены которого мы, как общество, должны настойчиво требовать), люди, обладающие квир-чувствительностью, всегда будут видеть на экране палитру нереализованных влечений, некоторое внутреннее напряжение, возможно, не отрефлексированное самими авторами. Когда-то покойный Александр Тимофеевский интерпретировал «Охоту на лис» Абдрашитова и Миндадзе, как советскую версию «Смерти в Венеции» (и не без оснований: уставший от жизни и брака мужчина внезапно проникается симпатией к подростку), а по поводу персонажей Марины Нееловой и Галины Яцкиной из «Слова для защиты» тех же авторов они сами в процессе создания шутили, что этим женщинам надо отделаться от своих нелепых партнеров и жить вместе. Когда-нибудь у меня или кого-то другого найдется время, чтобы перемонтировать комедию «Я худею» как историю любви героинь Александры Бортич и Ирины Горбачевой

Так или иначе, обзор BadComedian посмотрели 11 млн раз и «хаотичная бисексуальная энергия» Максима Матвеева стала фактом поп-культуры, вне зависимости от того, что он думает об этом сам актер; впечатляет также и путь от интересной детали, подмеченной в маленьком блоге, до повсеместно известного мема. 

А теперь попробуйте посмотреть новый сериал платформы Start «Шерлок в России» не через призму этого мема. Тем более, что другим поп-культурным символом викторианской эпохи, наряду с Шерлоком, является Оскар Уайльд (кстати, знакомый с Конан Дойлом) — человек, который буквально погиб из-за своего гомосексуального влечения.

Итак, в сериале «Шерлок в России» (реж. Нурбек Эген, сценаристы Александр Шабуров, Олег Маловичко) мы впервые видим заглавного героя одетым в женское платье. Да, он переоделся проституткой, чтобы подкараулить Джека Потрошителя. В процессе борьбы с маньяком, к нему на помощь другу приходит доктор Ватсон (интерпретация этих персонажей в качестве гей-пары совсем не нова, как не нова и интерпретация в качестве гея Антонио из пьесы Шекспира о Шейлоке, именем которого Шерлока называет его квартирная хозяйка в Петербурге). Ватсон тяжело ранен, верный Холмс спит в коридоре больнице, где его оперируют. Врач предлагает сыщику почитать у изголовья друга, чтобы его держал на этом свете голос близкого человека, но тот срывается с места и едет в Россию, потому что ряд улик указывают на то, что потрошитель шлюх прибыл из этой страны.

В России, откуда герой пишет лежащему в коме Ватсону прочувствованные письма, он знакомится с начальником отделения полиции, который боится свою жену и после конфликта с ней ночует в участке; с шефом всей полиции Петербурга, англоманом; с журналистом-инвалидом, отстаивающим права рабочих; а также с брутальным, но добрым доктором Карцевым. 

Кроме того, Холмс знакомится и с теми тремя женщинами, у которых в этом произведении есть одновременно и реплики, и имена (мы знаем, как звали некоторых убитых проституток, но они ничего не говорят, просто лежат с распоротыми телами, прямо как в прошлогоднем триллере «Девятая»; Холмс разговаривает с актрисой в театре, которая может дать ему нужную информацию, но называет ее «мейн эктресс», сценаристы поскупились на женские имена). Первая — там самая хозяйка квартиры, тупая курица мадам Мануйлова. Вторая — начинающая проститутка Неточка, услуги которой Холмс гневно отвергает и которую он слатшеймит за способ заработка. Доктор упрекает его в слишком поспешных выводов: девушка еще невинна и только что потеряла родителей, а на улицу вышла, чтобы прокормить себя и сестру. Надо ли этот диалог понимать в том смысле, что остальные проститутки торгуют собой не из-за стесненных обстоятельств и отсутствия альтернативы, а из чистой распущенности — неясно. Впрочем, невинность не спасает Неточку от гибели. Третья — как ни странно, не проститутка, но профессиональная содержанка Софья Касаткина в исполнении Ирины Старшенбаум, актрисы, которая после роли почти бессловесной, беременеющей от главного героя девушки в другом фильме про «мужиков в форме», в «Т-34» превращается просто в какую-то путеводную звезду мизогинии в русском кино. Позднее герой Матвеева упрекнет ее, сироту из приюта, в том, что она выбрала красоту своим оружием и начала выживать за счет мужчин, вместо того чтобы, ну я не знаю, поступить в университет, улететь на Луну или стать министром экономики, как другие, не такие распутные и ищущие легких путей, женщины в XIX веке. Выживают звери, заявляет этот джентльмен, а мы люди, поэтому не фига выживать за счет мужчин, надо вести себя прилично. (Стоит отметить, что одна из выступающих перед толпой на заднем плане суфражисток поднимает проблему вынужденной продажи тела; хотелось бы, конечно, послушать ее подольше да и вообще посмотреть кино о ней, но нас возвращают обратно к Холмсу. Голос суфражистки слишком слаб и звучит в одном регистре с голосами других глашатаев, например тех, кто призывают убивать евреев). Главный герой даже за пять минут до финала второй серии умудряется снова упрекнуть падшую женщину в том, что она выбрала неправильную дорогу.

Потрошителем в итоге оказывается, кто бы вы думали, сын еврейки-проститутки, который еще ребенком убил мать и теперь мстит всем шлюхам эраунд. «Он сделал то, о чем мечтал каждый из нас», — говорит персонаж Константин Богмолова, начальник полиции, одинокий а н г л о м а н. Каждый из нас мечтал — что? Убить мать? Убить проститутку? Просто убить? Я так и не досмотрела сериал Богомолова «Хороший человек» на той же платформе Start, где елейный маньяк в исполнении Никиты Ефремова убивал женщин за короткие юбки; говорят, в итоге он показал свою зверскую сущность, но по первым сериям так и не скажешь, что он делал нечто предосудительное). 

В первых двух эпизодах «Шерлока» авторы даже не пытаются изобразить, что между Касаткиной и Холмсом существует какая-то химия, ничего похожего на его трепетные отношения с Ватсоном. В финале второго эпизода главный герой сидит, полуголый, а доктор Карцев, стоя на коленях, бинтует ему запястья, израненные, как у Христа. Вероятно, вскоре мы увидим этот фрагмент на канале bisexual flower garden. Глядя на все это «ехал шлюха через шлюха, шлюха, шлюха, шлюха», я подумала, что Шерлок Максима Матвеева — хороший пример гомосексуала-мизогина («Мне нужна женщина» — «Послать за девкой?» — «Что вы, фу-фу»).

Как персонажи-мужчины в сериале «Шерлок в России»
называют женщин на протяжении первых двух серий; одно слово — один эмоджи

Тут комментаторы, счастливые от своей догадки, приходят и говорят мне: «Ну конечно же там шлюхи, ведь это история Джека Потрошителя, а он убивал шлюх!». Друзья, нет никакой истории о Джеке Потрошителе, убивавшем шлюх, и Шерлоке Холмсе, попрекающих шлюх родом деятельности. Есть некий сюжет, который какие-то люди придумали и реализовали, и вопрос в том, почему они выбрали именно такой сюжет и реализовали его именно так. Посмотрите моноспектакль Ханны Гэдсби «Дуглас» на Netflix, в котором она применяет свое искусствоведческое образование, чтобы задавать неудобные вопросы о классических произведениях живописи: у этой женщины между ягодицами застрял тюль не потому, что у женщин между ягодицами обычно застревает тюль, а потому что Рубенс по какой-то своей причине решил нарисовать его там. Это его решение. Как и решение к сюжету о Шерлоке Холмсе присоединить сюжет об убитых шлюхах.

А даже если бы такая история существовала, рассказать ее можно было бы по-разному. В прошлом году в России снят фильм о декабристах, но не об их женах, добровольно поехавшими за ними в ссылку. И не о служанках жен декабристов, которые, возможно, поехали менее добровольно. Это был фильм о «мужиках в форме», потому что его создатели считают «мужика в форме» интересным, достойным внимания, наделенным добродетелью, заслуживающим разговора, солидным, весомым, исторически значимым, красивым и умным, а жены декабристов со своими реальными именами и биографиями сведены в этой картине к абстрактной выдуманной молодой женщине в исполнении жены главного продюсера. Потому что женщины, половина человечества, — не так важны. Выбор в пользу того или иного героя, того или иного сюжета, того или иного способа повествования, тех или иных акцентов, выбор в пользу того, чтобы слово «шлюха» за два часа хронометража с оттягом прозвучало с экрана восемь раз — кто-то делает. Он делает этот выбор в силу своего понимания прекрасного, которое было кем-то и чем-то сформировано. И нередко это понимание состоит из стойких предубеждений. Даже компьютерные алгоритмы создают люди, имеющие стойкие предубеждения, поэтому, например, программы для распознавания лиц, написанные белыми, ошибочно определяют лица чернокожих женщин, как мужские. 

Сегодня у нас есть убедительные теории, объясняющие, для чего человечеству понадобилась мизогиния. Например: в те годы и века, когда люди едва доживали до сорока, когда женщины рожали, а мужчины воевали (стоит заметить, что идея мужчины-охотника и женщины-хранительницы очага, картинка, которую каждый из нас в детстве видел в учебнике истории — такой же викторианский миф, как и Шерлок Холмс, возникший из-за того, что первыми этнографами и исследователями были мужчины XIX века, привносившими в исследования предрассудки своего времени), социализация взрослеющего мальчика предполагала разрыв с самым близким существом первых лет — с матерью. Мальчик интериоризируют феминность матери, также, как позднее женщины интериоризируют male gaze мужчин-режиссеров и мужчин-художников. У меня был знакомый билингв, который в ранние годы по-русски говорил о себе в женском роде, потому что по-русски с ним разговаривала мать, и он думал, что женское родовое окончание прилагается к местоимению «я», а мужское — к местоимению «ты». Мальчик впитывает феминность с молоком матери, но позднее общество заставляет его вытравливать из себя феминность по капле, вытаскивает из-под материнской юбки, требует обесценивать и высмеивать феминность. Поэтому мужчины в женском платье нас смешат. Поэтому такую агрессию вызывает мужская гомосексуальность, в этой картине мира выглядящая, как добровольный переход в лагерь презренных женщин. Поэтому некоторые мужчины-гомосексуалы артикулировано мизогинны, примерно как Шерлок в сериале Нурбека Эгена, говорящий о женщине «фу-фу»: так они пытаются дистанцироваться от отвратительной феминности, приписываемой им обществом. 

В наши дни, когда отцы все чаще занимаются детьми обоего пола с рождения (а некоторые государства Северной Европы экономически поощряют их делать это, встраивая тесную связь между поколениями и быстро возвращая молодых матерей на рынок труда), когда мы в массе своей живем дольше сорока, и у женщины есть время не только на рождение детей, но и самореализацию, мизогиния является рудиментом, невидимым, но все еще оказывающим разрушительное воздействие на женщин, которые находятся в этом мире прямо сейчас. Тяжелую болезнь вызывает невидимый вирус, но нужна некоторая толика абстрактного мышления, чтобы понять: маски на лице помогают снизить вирусную нагрузку, количество проникающего в нас вируса, и даже при прямом столкновении с носителем они повышают вероятность, что болезнь пройдет легче. История приключений Шерлока Холмса в России могла быть любой, с любыми героями, но ее выбрали сделать историей про вспоротых шлюх, чтобы восемь раз вписать в диалоговые листы слово «шлюха». И нужна некоторая толика абстрактного мышления, чтобы понять, что показывая на экране только шлюх, сладострастно называя их «шлюхами» восемь раз за два часа и вообще не показывая никаких других женщин, вы создаете питательную среду для размножения вируса мизогинии. Блогер, который ни того ни с сего в стриме бьет девушку лицом об стол, делает это потому, что «шкуру» и «шлюху» можно и нужно «учить»; он никогда не сделал бы ничего подобного, если бы рядом с ним оказался «мужик в форме».  

Не надо рассказывать мне, как вы продали тот или иной свой сериал на Netflix или Amazon Prime, а значит он валиден в мире победившего феминистского обкома. На глобальных стримингах ваше кино попадает в контекст гигантского количества произведений с самой разной репрезентацией, но мы живем здесь, где основной массив кинематографический и сериальный продукт состоит из пыток, насилия и издевательств над женщинами, как и вся наша жизнь. Соркин снимает фильм о мужском мире 1960-х, но рядом с ним — кино про сестру Шерлока Холмса, док о трансперсонах на экране и перформансы Ханны Гэдсби, открытой лесбиянки с диагностированным аутизмом, не говоря уже про все мировое разнообразие сериалов. Вероятно, зрителей с моим углом зрения — человека, который смотрит всю российскую продукцию и видит общую картину, не очень много. Но осенью 2020 мне предлагается подписаться на платформу Start, где в конце августа появилось якорное шоу про маньяка, убивающего женщин, и в октябре появилось якорное шоу про маньяка, убивающего женщин (а в промежутке я отвлеклась на модный стриминг PREMIER, где в этом году вышло два якорных шоу про могущественных закадровых манипуляторов, издевающихся над людьми). Да, у нас производится намного меньше кино, чем в Америке и Европе, но почему, выбирая проект, которому надо дать жизнь, выбор так часто делается в пользу «мужиков в форме» и вспоротых, молчаливых, второстепенных женщин? Может быть, пора попытаться, эм, делать что-нибудь более гуманистическое? Посмотреть на реальность немного под другим углом? Совсем чуть-чуть; вот, в «Чиках» что-то такое попробовали, многие были рады. 

Перестаньте снимать фильмы и сериалы про убийства шлюх. Перестаньте потрошить женщин в кадре, их итак слишком часто потрошат в реальной жизни. Отслеживайте мизогинию в самих себе, это гигиеническая необходимость современного человека. И снимите уже наконец романтическую гей-драму с Антоном Шагиным и Максимом Матвеевым, не маскируя подавленное гомосексуальное влечение демонстративной мизогинией.

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.

1 comment on “«Шерлок в России»: манифестация подавленной гомосексуальности через мизогинию

%d такие блоггеры, как: