Кино

«Хейтер» на Netflix: первый фильм про интернет-тролля

Что движет создателями гибридной реальности?

На прошлой неделе на Netfilx появился фильм «Хейтер» польского режиссера Яна Комасы — история амбициозного паренька из провинции, Томаша (Мацей Мусяловский), работника на мелкой фабрике троллей, позднее переходящего в агентство, которое занимается более серьезными операциями в сети. 

Моя теория заключается в том, что зрительское внимание не бесконечно, подчиняется закону сохранения энергии, и в отсутствие крупных фестивалей и блокбастеров оно перераспределяется в пользу совсем не очевидных вещей, предсказать успех которых заранее было невозможно. Нет ничего удивительного в том, что в марте на VOD рвануло «Заражение» (2011) Стивена Содерберга, став на какое-то время главным хитом в каталоге Warner. Но феноменальный успех «Портрета девушки в огне» Селин Сьямма (2019), или «Любви» (2015) Гаспара Ноэ, внезапно выведенного тиктокерами в топ Netflix, или польской эротической драмы «365 дней» на том же Netflix никто не мог спрогнозировать. Во всех трех случаях речь идет об американской аудитории, которая внезапно оказалась готова к просмотру фильмов из других стран, снятых на других языках и не очень напоминающих традиционную голливудскую продукцию.

Не выжидая слишком долго после взлета «365 дней», Netflix выложил новый польский фильм собственного производства — «Хейтера» Яна Комасы, режиссера, который в прошлом году показывал во второстепенной венецианской программе «Дни авторов» свой фильм «Тело Христово» про молодого заключенного, заново обретающего веру (позднее картина выдвигалась от Польши на соискание оскаровской номинации и попала в шорт-лист). И в США, и в России «Хейтер» оказался в десятке самых просматриваемых фильмов, у него неплохие рецензии — похоже, карантин поломал (по крайней мере отчасти) и налаженную систему попадания неамериканских хитов к международной аудитории через конкурсы больших фестивалей и сопровождающую их медийную подсветку. Хотя Комаса дебютировал 16 лет назад в каннском студенческом конкурсе Cinéfondation, а потом участвовал в фестивалях, пусть и не в основных программах, просмотр «Хейтера» потребует сбить некоторые зрительские настройки, отвечающие за восприятие европейского арт-кино (кстати, «Ида» Павла Павликовского в свое время также покорила «Оскар» в обход крупных европейских конкурсов). При этом, его фильм нельзя назвать ремесленной работой, лишенной артистического измерения: здесь есть некое намеренное нарушение пространственной логики, когда монтажная склейка перемещает героя немного не в то место, где мы ожидаем его увидеть; есть забегание действия вперед, когда нам показывают, меняя линейную последовательность, причину и следствие. 

Исключенный из университета, Томаш приходит на работу в агентство, которое занимается черным пиаром, в том числе и политическим. Манипуляции онлайн продолжаются в офлайне (он не только повелевает ботами, способными за короткий срок погубить бьюти-блогершу по заказу ее конкурентки, но и входит в доверие и в штаб к перспективному политику, чтобы обнаружить в шкафу — разумеется, в шкафу! — его секреты). Граница между виртуальным и реальным стирается, «Хейтер» безжалостно сообщает нам, что укрыться больше негде: ни сетевая утопия не спасет от ужасов реального мира, ни старая добрая «настоящая жизнь» не укроет от последствий виртуального опыта. У идеологического противостояния, которое становится предметом манипуляции троллей, есть собственная польская специфика, но в целом оно напоминает происходящее во многих частях мира, когда определенные силы играют на исламофобских или гомофобных настроениях, раздувая их в собственных целях (я не вижу ни одной причины, по которой подобный фильм не мог бы появиться в России, у него нет никаких цензурных противопоказаний; и он, конечно же, о России в том числе). «Хейтер» — это слепок гибридной реальности, слипшегося куска виртуального и реального, который позволяет понять мотивацию ее подлинного творца — тролля.

Растиньяк, талантливый мистер Рипли, Крис из «Матч поинта» — в основе фильма о радикально новых общественных обстоятельствах лежит классический сюжет об амбициозном провинциале из низов, который готов на все, лишь бы зацепиться в столице. Или — о талантливом молодом человеке, которого гораздо менее талантливые, чем он, люди презирают за происхождение, не скрывая своего презрения и выталкивая его туда, куда сами побрезговали бы отправиться. Состоятельные и вписанные в истеблишмент родственники — муж, жена, их младшая дочь — платят за учебу Томаша, но не торопятся приглашать его на ужин и вводить в свой круг общения. Уязвленный Растиньяк превращается в Джокера — антигероя, который будет сеять хорошо спланированный хаос в отвергающем его мире (Мацей Мусяловский играет трепетного социопата, который вызывает одновременно отвращение и восхищение, ведь у него почти всегда все получается).  Высокомерие — это всегда слепота, и тот, кого считали деревенским дурачком, покровительственно хлопая по плечу, полностью возьмет под контроль жизнь этого благородного семейства. Томаш попал, куда хотел, его билет своей жизнью оплатили другие.  

Подписывайтесь на KKBBD.com в Facebook и ВКонтакте.
%d такие блоггеры, как: