Кино

«Я живу по-другому». Старое интервью Адель Энель

Которое давно пропало из рунета

В 2014-м году на Каннском фестивале я получила от российского дистрибьютора номинацию (то есть подтвержденную возможность) на интервью c Катрин Денев всвязи с премьерой фильма Андре Тешине «Мужчина, которого слишком сильно любили», рассказывающего реальную историю исчезновения богатой наследницы, возможно, убитой возлюбленным. В «нагрузку» в Денев, игравшей мать героини, pr-агентство включило меня в номинацию на интервью с исполнительницей главной роли, чье имя мне ни о чем не говорило. Накануне разговора я увидела в фестивальном дворце силуэт — высокая девушка с невероятной завораживающей пластикой; так я начала сделать за карьерой Адель Энель. Это интервью было опубликовано на сайте российского издания Interview, от которого не осталось даже архива; думаю, оно было первым разговором русской прессы с Энель (тогда ей было 25 лет). Сейчас актриса, в ноябре рассказавшая о пережитых в детстве домогательствах и покинувшая церемонию «Сезар» после победы Романа Поланского в режиссерской номинации, стала символом новой волны #MeToo во Франции. С момента церемонии опубликовано более 200 тыс. твитов под новым хэштегом #JeSuisVictime, в большинстве из которых говорится о насилии, пережитом в детские и подростковые годы. Реагируя на поступок, писательница и режиссерка Виржини Депант написала для Liberation яростный манифест, передающий ощущения многих в эти дни (подробности кризиса во французской киноиндустрии здесь). У нас в стране Энель, несмотря на два «Сезара», работу с братьями Дарденн и недавнюю роль в фильме «Портрет девушки в огне», до сих пор знают мало. Самое время узнать побольше (оставляю все как есть, в том числе максимально идиотские вопросы — не факт, что они мои: интервью проходило в группе из трех журналистов).

— Вы играли у интеллектуалов и даже маргиналов — Селин Сьямма, Бертран Бонелло. Теперь вы в высшей лиге, да?

— Да, сейчас все меняется, но пока мой быт остается прежним. Я живу в окружении любимых людей. Посмотрим, что будет через полгода. Есть ощущение отдачи — я понимаю, что нравлюсь публике и коллегам, но пока нет давления, нет спешки. В данный момент я безработная, не уверена, что у меня до конца года будут другие проекты. 

— Фильм Тешине основан на очень известном судебном процессе: дочь владелицы казино Аньес Ле Ру сначала вступила в конфликт с матерью, потом исчезла. Ее любовника, юриста семьи, обвинили в убийстве, но никто до сих пор не знает, что именно произошло. Вы слышали об этом деле раньше? 

— Дело очень известное, особенно на юге Франции, но я о нем не знала, пока не получила роль Аньес. Пришлось готовиться, читать документы и книги, сейчас я могу называть себя экспертом. Во Франции помнят о процессе, потому что история состоит из привлекательных элементов: деньги, семейная драма, роковая любовь, неразрешенная загадка — и это до сих пор возбуждает публику. 

— И еще там есть казино. 

— Конечно. Все случилось на Лазурном берегу, в серце гламура. 

— Вы, как эксперт, что думаете: он убил или не убил?

— Ответа не знают даже эксперты. У меня есть своя версия, но я вам ее не расскажу.

— Вашу героиню трудно назвать обаятельной. Она вам нравится, бы с ней могли дружить? 

— Не знаю. Не думаю, что ей нужны были друзья. Смысл ее жизни — совсем не в этом. Аньес интересовала только ее влюбленность в единственного мужчину. Вряд ли с ней можно было бы подружиться — только завести роман. 

— Как вы думаете, она может быть жива до сих пор?

— Думаю, может.

28 февраля 2020. Адель Энель уходит с «Сезара»

— Вы слышали про «Девушку с татуировкой дракона»? Там тоже исчезновение молодой женщины.

— Знаю, конечно. Я смотрела оба фильма, шведский и Финчера, и не по одному разу. Правда, похоже. Реальность всегда менее правдоподобна, чем вымысел. 

— В фильме вы много целуетесь в героем Гиойма Кане. Существует какая-то актерская техника поцелуев?

— Правил нет, все зависит от твоих отношений с партнером. С Гийомом все было очень просто: мы коллеги, нам надо сыграть сцену. Мне кажется, во Франции у актеров нет никакой специальной техники, никакой «науки фальшивых поцелуев». Все просто и естественно.

— Расскажите, как вы работали с Катрин Денев, которая сыграла мать вашей героини. 

— Я сильно нервничала перед встречей, ждала ее, готовилась, а потом — это просто случилось, мы увиделись, и она оказалась очень доброжелательной. Она умная и мягкая, и очень хрупкая, и уязвимая, как будто это она — начинающая актриса, а не я. Мне кажется, именно в этом секрет непрерывности ее карьеры: она — часть истории французского кино, но в то же время, с каждым фильмом в ней открывается что-то новое (В начале 2018 года Катрин Денев подписала петицию 100 французских женщин против «ненависти к мужчинам» и «охоты на ведьм», известное как «письмо против #MeToo; позднее, под влиянием критики, она уточнила, что не считает домогательства чем-то хорошим — прим. 2020 года)

— Вы можете сказать, что чему-то у нее научились?

— Мне трудно выделить именно обучение из нашего совместного опыта — опыта работы над этим фильмом. Наверное, до этой встречи я игнорировала ее существование. Звучит претенциозно, но это так. Но когда мы стали работать вместе, я поняла, что на меня сильно влияет сама мысль о том, что человек может столько лет и даже десятилетий сохранять восприимчивость и готовность к тому, чтобы встретиться лицом к лицу с опасностью. Если и был какой-то урок, преподанный мне Катрин Денев — то он таков.

— Насколько вы готовы рисковать, выплескивая в фильмах собственные эмоции? 

— Нет, это не про меня. Есть разный подход к профессии: некоторые актеры эксплуатируют личный опыт, но для меня вся суть игры — в том, чтобы стать кем-то еще.

— То есть, вы за ролями прячетесь?

— Я не прячусь, нет. Оба подхода объединяет одно: когда ты в образе, ты можешь что-то испытать и с чем-то соприкоснуться — и это будет реальный опыт, но обусловленный правилами игры. Ты в любом случае не знаешь, куда приведет эта дорога, но надо быть готовым воспринять то, что может встретиться на пути. Актерство — это постоянная готовность к неожиданной встрече. Когда ты просто живешь, не играешь, когда ты — это ты, то жизнь понятна, определена и нормальна. В обычные дни ты равен себе, не выходишь за границы собственной личности — актерство же ненадолго освобождает человека от необходимости быть собой, нарушает обычный ход вещей, подвергает сомнению целостность личности. Ты больше не защищен отработанными схемами своих взаимоотношений с миром. Все надо придумывать заново.

— В фильме Тишине какие у вас были небезопасные моменты?

— Например, африканский танец, который танцует моя героиня. Недели за две до съемок я решила, что надо бы взять пару уроков. В итоге умела уже достаточно, чтобы станцевать, но недостаточно, чтобы чувствовать себя комфортно. Возможно, именно поэтому все получилось: я была абсолютно незащищена, и это пошло фильму на пользу. Я думала: «Это катастрофа. Что ж, надо отдаться ей целиком». Я как-то видела в музее кусок смолы, в котором как будто окаменел маленький взрыв. Вот этот танец такой же — окаменевший взрыв внутри человека. 

— Вы сыграли у Тешине, вы сыграли у Бонелло в «Доме терпимости» — это очень французские фильмы, но очень разные: предельно традиционный и предельно экспериментальный. Вам, как зрителю, какое кино ближе? 

— Я люблю кино, в котором есть поиск и риск. 

— Когда не ищут легких путей?

— Да, именно. Когда вкладывают себя целиком. Самый ценный опыт для зрителя — почувствовать свою сопричастность чужому поиску. А как актрисе мне больше всего нравится погружаться в разные миры, потому что они — доказательство существования огромного множества других вселенных. Искусство опровергает существование объективной реальности, оно доказывает — все зависит от взгляда смотрящего. Простите, я говорю глупости. Просто если человек различает только красный цвет, он говорит об одном лишь красном, а цветов гораздо больше. 

— Как восходящая, вы теперь должны ходить на ковровые дорожки, выбирать платья… 

— Я нормально к этому отношусь, иногда мне даже нравится.

— Кто вас одевал в Каннах? 

— Один маленький французский бренд, у нас никаких отношений, просто я их люблю. Мне не очень хочется связываться с большими — они знают, как использовать тебя по полной. Это не для меня, я живу по-другому. 

%d такие блоггеры, как: