Кино Сериалы

Как «Новый Папа» чуть не обратил меня в веру

Но нет

Никогда я, атеистка, еще не была так близка к вере, как в конце «Нового папы» Паоло Соррентино. Католицизм, столь соблазнительно представленный в «Молодом папе», в продолжении обернулся пронзительным монологом главного героя дилогии. 

Все 45 лет моей жизни мне было интересно, зачем люди приходят к вере. Что ими движет? Все разговоры с людьми упирались в мое непонимание необходимости верить в загробную жизнь — окей, человеку страшно умирать, а экзистенциальный ужас может запросто выбить из колеи на несколько дней (а то и месяцев). Но зачем верить в истории про бородатого старца в небе, который настолько жесток, что заставляет людей убивать собственных детей?

Со временем стало понятно, что Библия лишь сборник историй, один из старейших нарративов человечества, пытавшегося составить некий свод правил, в том числе и моральных, чтобы навести хоть какой-то порядок в хаосе жизни. Прогресс упорядочил наши страхи, нашел ответы на многие вопросы, привел нас к сводам законов и правил, обеспечивающих нам безопасное существование в обществе. Но вера и ее спутница религия никак не отмирают — проверенные временем нарративы вдохновляют нас на истории. 

Среди моих друзей есть верующие, даже несколько католиков. Что интересно, на двоих повлиял Толкин. Мой друг Боря, который каждое воскресенье исправно ходит в Петербурге в церковь, стал католиком в 27 лет. Говорит, что с детства привлекала эстетика католицизма — латынь, католические гимны, убранство церквей, монашество. «Во всём этом ощущалась какая-то затаённая историческая сила. Даже когда был атеистом и воинствующим антиклерикалом. А когда повзрослел и задумался всерьез, повлияло уже множество факторов. И все та же эстетика, и дурная репутация РПЦ, и вопросы удобства/неудобства (у нас в церквях можно сидеть, в частности). Мне нравилось, что у католической церкви есть единый глава. Мне нравилась личность Иоанна Павла II. Я осознавал безусловно кровавое, хотя и сильно преувеличенное прошлое римской церкви, но кто без греха? Зато сколько произведений искусства появилось на свет благодаря ей и, главное, уцелело и остаётся доступным для всех». 

Эстетика. Искусство. История. Не будучи католиком, Паоло Соррентино усердно эксплуатирует их в дилогии «Молодой Папа» и «Новый Папа». Пожалуй, ни один американский сериал и близко не подошел к попытке осмыслить современную католическую церковь, хотя в 2018 году Фернанду Мейреллиш и выпустил драму «Два Папы» на Netflix, драматизировав историю кардиналов Ратцингера и Бергольо (Энтони Хопкинс и Джонатан Прайс, чья схожесть с реальным Папой Римским кажется мистической), она касалась, скорее, аспектов личной жизни Бергольо.

Соррентино, в свою очередь, получил бюджеты канала HBO и возможность поразмыслить над верой и католической церковью на протяжении девяти часов (дважды). В «Молодом папе» Джуд Лоу играл кардинала Ленни Белардо, американца с кризисом веры, консервативными убеждениями, страстью к вишневой «коле» zero и сигаретам. Прояснять, почему он сделал папу таким мрачным, Соррентино непросто — он говорит, что слишком часто объяснял это, старался давать разные ответы и в итоге забыл, что привело его к такому образу. Разительный контраст между внешностью и убеждениями делал героя Лоу невероятно соблазнительным, что, конечно, не ново — посмотрите, как в Риме раскупают календари с симпатичными священниками. Табу для Соррентино сексуально, но ему не так интересно изучать особенности влечения персонажей к Ленни, как интересно наблюдать за внутренним раздраем новоиспеченного понтифика. 

Папа Пий XIII творил чудеса. Сериал всеми силами пытался убедить нас в его святости. В том, что Ленни в своих переговорах с богом достиг взаимопонимания, и молитвы доходят до адресата. Но во второй сезон Пий переходит в горизонтальном положении — инфаркт, три операции, три отторгнутых сердца. То, что происходит с ним в «Новом папе», отчасти похоже на события в Черном вигваме «Твин Пикса», когда агент Купер застревал в небытии между жизнью и смертью. Возле больницы в Венеции дежурят фанаты Пия XIII — люди в худи с изображением Ленни в папском облачении, даром что Библия строго отрицательно относится к кумирам. Как только папа стал суперзвездой, вокруг него образовался культ. А где культ, там и фанатизм. 

Второй сезон «Папы» усиливает тему религиозного фундаментализма, показывая как Ватикан пытается совладать с ИГИЛ (организация, запрещенная в России) — когда Соррентино писал сценарий, то держал в уме теракты в Европе. Он представил, как исламские фундаменталисты атакуют знаковые для католиков места. «Я также представил себе молчаливого вождя террористов, у которого много общего с папой. Потому что духовные лидеры обладают рядом сходств, включая тайну, окружающую их, что делает их харизматиками», — говорит режиссер.

Кардинал Войелло (на самом деле он главный герой всего диптиха, но сейчас не о нем) понимает, что если рассказать миру о возрождении Ленни, католики смогут окончательно убедиться в его святости, а следовательно, радикализироваться. И следовательно, у исламских террористов появятся серьезные конкуренты. 

Сильвио Орландо в роли кардинала Войелло в сериале «Новый Папа» (2019-2020)

И вот в этом месте — где-то ближе к последним двум сериям — «Новый папа» делает крутой вираж, напоминая миру, что такое вера на самом деле. 

У Анджело Войелло, главного прагматика Ватикана, которому идеально бы пошла роль голливудского фиксера, несмотря на энергию отъявленного бюрократа, есть сердце. В стороне от Ватикана Анджело превращается в болельщика «Наполи» и человека, заботящемся о сыне своего соседа, мальчике-инвалиде Джироламо, с которым он ведет задушевные беседы. Пожалуй, это и есть самое настоящее чудо «Пап». Войелло, считающий, что церковь не iPhone и регулярному обновлению не подлежит, своим примером продвигает самую что ни на есть современную повестку, когда произносит речь на похоронах своего единственного друга в соборе Святого Петра. Я переведу ее полностью.

— Иисус говорил «возлюби ближнего своего». У меня был только один ближний — ты, Джироламо. Мы с Джироламо провели много простых, безмятежных часов. Нам не надо было делать ничего грандиозного, чтобы быть просто счастливыми. Не нужно было произносить красивых речей, потому что для друзей молчание — золото. Зачем я попросил вас собраться сегодня здесь и почтить Джироламо? Чтобы исправить несправедливость. Потому что лишь мне выпало великое счастье проводить с ним время. Хочется исправить несправедливость и рассказать, кто такой Джироламо. Джироламо — это мир, который страдает. Джироламо это благодать. Джироламо это добро и доброта. Джироламо — и я говорю это для всех, кому не посчастливилось знать его, — добр, весел, радостен и полон жизни. Вам, наверное, интересно, чем любит заниматься Джироламо? Джироламо любит говорить, но любит также и слушать и давать мне советы. Он любит смотреть телевизор и слушать радио со мной. Джироламо любит бегать и танцевать, гулять, петь и молиться. Он любит плавать на закате и флиртовать с девушками, потому что Джироламо парень симпатичный. Он любит дарить девушкам цветы, потому что Джироламо любит доброту. В Джироламо есть все, чего нет в нас. Поэтому мы собрались здесь сегодня и чествуем его. Потому что мы не такие как он. И потому что мы хотим быть такими. Поэтому мы созерцаем его и восхищаемся им. Ведь Джироламо умел любить и быть хорошим другом. Поэтому сегодня сюда пришли его друзья — и их так много. Джироламо это моральный компас, поэтому сегодня здесь собрались первые люди его страны. Джироламо, мои братья и сестры, святой. И потому сегодня сам Папа Римский захотел служить сегодня мессу. Джироламо — это мир, который страдает. Джироламо — это мир, который любит. И я благодарен Господу за возможность быть его лучшим другом.

Что это, как ни переход от общего к частному, как ни призыв к гуманизму, о котором мы так часто говорим, но так редко воплощаем в жизнь?

Я спросила своих верующих друзей в Facebook, как они пришли к вере? «Есть некая высшая сила». «Любая попытка пересказать ощущение будет враньем и домысливанием». «Я просто поверила». «Закрепилось чувство осмысленной красоты и магичности мира». «Просто верю». «Думал, наблюдал, делал выводы». Есть даже такое: «Мне понравился Христос». Честно говоря, я тоже была очень и очень близка к этому ощущению. В один момент мне показалось, что религия — как раз про любовь, про человеческое отношение к людям и про гуманизм. 

Но потом сериал метафорично закончился, кардинал Войелло стал Папой, я выпала из этого состояния и вернулась к привычному отрицанию божественного.

%d такие блоггеры, как: