Индустрия Кино

Роди и умри. Рекап фильма «Лед 2»

Мы посмотрели новый фильм Жоры Крыжовникова за вас

Вряд ли вы пойдете на фильм «Лед 2» — между тем, живущим в России, полезно знать, в какую химическую реакцию вступают потребности государственной пропаганды и персональные комплексы режиссера Жоры Крыжовникова. Заранее интересовал вопрос: окажется ли сиквел таким же мощным произведением в эстетике «гламурного тоталитаризма», как и первый фильм Олега Трофима, вышедший в 2017 году? Продолжится ли тренд на укрепление «культуры 2» в российском кинематографе? Ответ: нет, картина Жоры Крыжовникова снижает регистр пафоса, его фильм не такой страшный, хотя в финале и демонстрирует некоторую претензию на биовласть — франшиза о спорте, любви и преодолении выруливает в промо-ролик простого биологического размножения. 

В первом фильме «Лед» чемпионку по фигурному катанию после страшной травмы ставит на ноги провинциальный раздолбай-хоккеист (Аглая Тарасова и Александр Петров соответственно). В сиквеле они должны пожениться. И действительно: в начале фильма невеста в фате ждет жениха в загсе, в то время как он забивает очередную шайбу в невероятно важной игре с очередным «Каучуком» или «Шинником». Но ничего, невеста потерпит, ведь она русская женщина и привыкла относиться снисходительно к тому, что ее партнер-мужчина ни в чем не демонстрирует признаков адекватности. 

Уже в загсе их ближайшее будущее визуализируется в эстетике рекламных роликов дорогой детской одежды: оба бесконечно хохочут, играя с новорожденным младенцем в интерьерах пастельных тонов. Других аспектов в их семейной жизни просто нет — они женятся, чтобы родить, точка. Отношения, степень близости в этой паре таковы, что, узнав о серьезной патологии, которая при родах может стоить ей жизни, героиня ничего не рассказывает мужу. Отчасти, проблема в коммуникации связана с тем, что герой Александра Петрова очень плохо говорит. После смерти жены при родах, муж (который, конечно же, в момент смерти играл с очередным «Шинником») мгновенно забывает о ее существовании и полностью концентрируется на новорожденной дочери. 

Однако, курс на отказ от коммуникации продолжается, поэтому девочка до восьми лет не подозревает, что мама была фигуристкой — папа врет, что она работала врачом, а познакомились они во время рыбалки на Байкале (драматургически это вранье оправдывается тем, что отец хотел уберечь девочку от увлечения опасным спортом). Неудивительно, что дочь растет такой же патологической лгуньей, плохо учится и в школе избивает одноклассников (авторам фильма это кажется обаятельным, как и «раздолбайство» героя). На всех этапах взросления, отец проявляет болезненную гиперопеку, которую называет «любовью»; при изображении этой любви на экране воспроизводятся клише из романтических комедий и мелодрам, в которых герои грезят друг другом и стремятся соединится, вопреки трудностям. Трудности создаются главным образом героем Петрова: когда выясняется, что девочка тайно тренировалась (сначала сама, потом при поддержке бывшей тренерши матери), он выкидывает ее коньки, орет, на страшной скорости везет по замерзшей реке и не смотрит на дорогу, что приводит к аварии средней тяжести. После этого ребенка забирают органы опеки, которая давно и с подозрением посматривала на пустой холодильник в доме, и передают тренерше. Отец занимается сталкингом, ночуя под окном девочки, несколько раз проявляет признаки неконтролируемой агрессии, но в него влюблены сразу две женщины — девушка из опеки и генеральная директорка хоккейной команды, которые помогают ему вернуться в спорт и улучшить свои шансы в суде. Да-да, вы не ошиблись: в небритого, с трудом составляющего слова бывшего хоккеиста, работающего в такси и помешанного на своей дочери, которой он врет и которую он деспотически контролирует, влюблены сразу две симпатичные женщины, одна из которых еще и топ-менеджер (пусть хотя бы на экране сбудутся мечты российских мужчин, кино же фабрика грез в конце концов). Никого из них не смущает даже попытка похитить девочку и увезти ее в без вещей и денег в Китай (понятно же, что папа просто очень сильно любит).

Женщина, подарившая жизнь этому бесценному ребенку, возникнет на экране еще дважды: в воспоминаниях тренерши, которая чувствует некоторую вину за ее смерть, и в фантазиях девочки, упавшей на льду во время выполнения сложного трюка. Героиня Аглаи Тарасовой ласково смотрит на дочь и быстро исчезает, как бы сообщая зрителям, что женщина должна выполнить свою детородную функцию и быстро свалить, оставив ребенка в собственности отца и на попечении мамок и нянек, которые должны ему (поддержку, понимание и заботу), а он им ничего не должен, ведь он просто есть — и этого достаточно.

В финале, когда герой внезапно отказался от юридических притязаний на ребенка, лишился родительских прав, и все немедленно помирились, многократно звучит куплет из песни Басты «Сансара»: «Когда меня не станет — я буду петь голосами моих детей и голосами их детей. Нас просто меняют местами. Таков закон сансары, круговорот людей». Теперь девочку вырастит заботливая взрослая женщина, а отец, несколько раз подвергавший риску жизнь ребенка, будет просто любить и навещать.

На финальных титрах ключевые участники проекта, живущие в Москве и получающие хорошие зарплаты из бюджетов Фонда кино, показывают зрителям из разных городов России фотографии своих многочисленных детей, которые, вероятно, впоследствии также будут трудоустроены в российской киноиндустрии (у артиста Петрова нет детей, поэтому мы видим его детскую фотографию, how sweet).

1 comment on “Роди и умри. Рекап фильма «Лед 2»

%d такие блоггеры, как: