Кино

«Под водой»: Кристен Стюарт против Левиафана

Спустя почти три года после окончания съемок выходит картина Уильяма Убэнка «Под водой» — та самая, ради которой Кристен Стюарт весной 2017 года несколько недель ходила с обесцвеченным ежиком на голове. 

Без длинных предисловий, без утомительного знакомства с персонажами, уже в первые секунды фильма на коммерческой подводной станции, которая бурила дно возле Марианской впадины, происходит разрушительная авария. Далее, на протяжении всего недлинного хронометража уцелевшие сотрудники во главе с капитаном (Венсан Кассель) и инженером Норой (Кристен Стюарт) будут пытаться (на дне!) выбраться из-под обломков и попутно выяснить причину катастрофы.

«Под водой» смотрится как обычная «бэха» из восьмидесятых, в таком сюжете на месте Кристен Стюарт легко представить Дэми Мур или Сигурни Уивер (тем более, что параллели с «Чужим» неизбежно приходят в голову), но есть некоторые стилистические нюансы, которые делают картину чуть более современной, как минимум в плане картинки — происходящее иногда снимается под таким углом, что реальность становится галюциногенной. 

Отношения Стюарт с водой кажутся довольно запутанными. С одной стороны, она не любит проводить время на пляже (все время то получает ожог, то еще какую-то травму), с другой — ее короткометражный дебют снят в воде и называется Come Swim, а ее предстоящий полный метр будет поставлен по книге «Хронология воды», написанной бывшей плавчихой Лидией Юкнавич. В общей сложности, это уже очень много воды!

Мы уже знаем, что Кристен Стюарт — не актриса, а явление, чистое завораживающее присутствие, и ей не стоит перевоплощаться в других людей. Как и Оливье Ассайяс в «Персональном покупателе», Убэнк — хотя и в менее затейливом обрамлении — использует ее уникальный талант просто быть. Отчасти, «Под водой» можно смотреть как эксплуйтешйн со Стюарт, потому что взгляд режиссера и оператора постоянно фокусируется именно на пластике и мимике героини, а необходимость влезать в тесный скафандр предоставляет отличную возможность выпустить ее на экране почти раздетой.

Весь остальной фильм, местами пугающий, местами нелепый, почти всегда вторичный, идет скорее в нагрузку к Стюарт, чья героиня в какой-то момент выворачивает мифологию Чужого наизнанку и, как библейский Иона, сама вырывается из утробы того, кто планировал вырваться из ее утробы; но надо очень любить смотреть на нее, чтобы высидеть эти полтора часа, не ерзая.

%d такие блоггеры, как: