Кино

Чернозеркализация фантастического жанра

«Малыш Джо» Джессики Хаузнер как b-side известного сериала

На российских экранах — «Малыш Джо» Джессики Хаузнер, скромная антиутопия про работающую мать-селекционерку и новый вид цветка, чья пыльца меняет людей и отношения между ними.

Кажется, сериал «Черное зеркало», первый сезон которого вышел в 2011 году, кардинально повлиял на фантастический жанр — особенно в арт-мейнстриме и в небольших кинематографиях, которые не могут позволить себе серьезный бюджет. Так, оказывается, было можно: не создавать мир отдаленного будущего с радикально изменившимися технологиями, декорациями и (особенно!) костюмами, а просто взять какой-нибудь имеющийся сегодня тренд и связанные с ним фобии, поместив его в реальность, мало чем отличную от нашей. Не так давно в российском прокате прошел занятный бразильский фильм «Божественная любовь», действие которого происходит в 2027 году — однако, его создателям не потребовались дорогостоящие съемки в павильонах: будущее добавило к сегодняшнему дню лишь опцию экспресс-исповеди прямо в автомобиле, рамки на входе, сканирующие на предмет беременности, и государственных чиновников, имеющих чуть больше контроля над личной жизнью граждан. Недавно в Латвии я смотрела фильм местных кинематографистов «Там», в котором девушка-программист, потерявшая возлюбленного, пытается вернуть к жизни его сознание при помощи искусственного интеллекта. Сюда же можно отнести недооцененный малобюджетный сериал Владимира Мирзоева «Этюды о свободе» (2018), в котором из-за тяжеловесного названия и старомодно-диссидентского позиционирования мало кто разглядел русское «Черное зеркало».

«Малыш Джо» (2019)

Фильм Джессики Хаузнер «Малыш Джо», который был весной показан в каннском конкурсе, мог бы стать еще одной серией «Черного зеркала» (но тогда он — ха-ха-ха — не попал бы в Канны, поскольку фестиваль не берет в основные программы продукцию Netflix), как и отобранный в «Неделю критики» «Виварий» Лоркана Финнегана. 

Джессика Хаузнер — одно из самых громких имен австрийского кино в XXI веке — впервые сняла фильм на английском с британскими актерами (в картине сыграл Бен Уишоу; исполнительница главной роли Эмили Бичем почему-то получила в Каннах приз за главную женскую роль). Язык и фантастический жанр картины — еще одно подтверждение тезиса, что фестивальное авторское кино спохватилось и пытается нащупать дорогу к зрителю («Безумная любовь», предыдущий фильм Хаузнер, снятый в 2014 году, был утонченной до полной несмотрибельности историей самоубийства поэта фон Клейста и его партнерши, и одновременно напряженным исследованием возможностей цифрового изображения). Увы, говорить о «Малыше Джо» (в котором использована музыка японского композитора Тейджи Ито, писавшего для экспериментальных работ Майи Дерен) и разбирать заложенные в него идеи интереснее, чем смотреть фильм на большом экране; по масштабу и проработанности деталей он действительно походит скорее на эпизод сериала.

Российский трейлер «Малыша Джо» (2019)

Хаузнер, очевидно, принадлежит к числу тех скептически настроенных интеллектуалов, которые постоянно подвергают сомнению общепринятые установки момента; в своем самом известном и самом мощном фильме «Лурд» (2009), рассказывающем о бесплодных надеждах героини на исцеление в святом месте, режиссерка намеренно изображала инвалидов без всяких принятых в западном кино политкорректных сантиментов.

«Малыш Джо» с одной стороны отсылает к «Франкенштейну» и апеллирует к страхам перед генной инженерией (эпиграфом к фильму служат слова биохимика Эрвина Чаргаффа о том, что современный человек — гибрид Прометея и Герострата, который из научного любопытства и от безответственности вот-вот разрушит баланс в природе). С другой — подвергает критике медикализацию депрессии, желание любой ценой исключить из социума плохое настроение и плохое поведение. В лаборатории, где главная героиня работает над созданием уникального цветка, делающего всех спокойными и счастливыми, единственной белой вороной оказывается пожилая сотрудница, которая до конца отстаивает свое право на хандру и безумие. Все герои фильма амбивалентны, и поведение женщины выглядит одновременно совершенно неадекватным и совершенно человеческим, в то время как уже вдохнувшие пыльцу становятся спокойными и вежливыми, но слегка смахивающими на биороботов. Хаузнер в пресс-релизе свой картине заговаривает и еще об одной современной фобии, знакомой многим пользователям соцсетей и в своей патологической форме описанной как синдром Капгра — это ощущение, что окружающих людей подменили на кого-то еще.

Самым слабым местом сюжетом «Малыша Джо» оказывается тот факт, что главная героиня почти до самого финала избегает воздействия цветка — именно поэтому становятся возможны все ее страхи и сомнения. В конечном итоге, происходящее можно понимать и как метафору невроза женщины, которая пытается совмещать карьеру и материнство, разрываясь между двумя своими детищами — мальчиком по имени Джо и цветком по имени Маленький Джо.


%d такие блоггеры, как: