Кино

О чем не говорит «Верность»

На сколько лет мы отстали от повестки?

От редакции: Мы попросили написать о фильме Нигины Сайфуллаевой «Верность» разных авторов, рассчитывая получить разные мнения, но вышло так, что мнения сходятся, хотя и отличаются от общего фона рецензий в других изданиях. Тем не менее, мы публикуем уже третий текст о картине (первый, второй), написанный Фаридом Бектемировым, потому что разговор о ней нам кажется важным. Уже два года в российском прокате первые строчки занимают фильмы «Движение вверх» и «Т-34», в которых женщины выполняют второстепенные технические функции — и никого это не смущает, это не проблематизируется зрителями и критиками. Конечно, массовый зритель не пойдет на фильм «Верность» не потому, что он транслирует лакановское «женщины не существует», а потому что «какая-то баба сняла фильм о какой-то бабе, еще там есть Паль, ну и что?» (за длинные выходные «Верность» посмотрело около 150 тыс человек, это неплохо для российского фильма — на прошлогоднего победителя «Кинотавра», «Сердце мира» Наталии Мещаниновой пришло около 15 тыс человек, но это точно не «кино для народа»; аудитория «Текста» уже приближается к миллиону). Но мы уверены, что между неудовлетворительной репрезентацией женщины в российском массовом кино, между нежеланием публики смотреть в кино на женщин, нежеланием общества признавать женщину в качестве субъекта и неудовлетворительной (по другим причинам) репрезентацией женщины в арт-фильме российского режиссера-женщины есть некоторая связь.

«Верность», по мнению многих критиков, совершившая революцию в нашем кино, оказалась не столько мизогинным, сколько поверхностным и безнадежно отставшим от своего времени фильмом.

Мария Кувшинова в «Фейсбуке» и Татьяна Шорохова на «Кимкибабадуке» зачистили пространство для обсуждения «Верности» задолго до того, как у меня появилась возможность посмотреть фильм. Так что не удивляйтесь, если где-то мои мысли будут пересекаться с их текстами. И вообще настоятельно советую прочитать сначала их и только потом вернуться сюда.

***

У «Верности» всего один недостаток, но всеобъемлющий и потому непростительный: это очень поверхностный фильм. Каждая тема, которую он в теории мог бы исследовать, расплывается нефтяным пятном по океанской глади, показывая неспособность авторов проникнуть хотя бы на сантиметр глубже. В этом смысле кино Нигины Сайфуллаевой больше всего напоминает диснеевские live-action ремейки, которые строятся по принципу «максимально очевидно покажем, как мы осуждаем расизм и сексизм собственных оригинальных мультов, но ни в коем случае не будем их по-настоящему переосмысливать — сигнальных флажков вполне достаточно».

Но если гигантские корпорации полагаются на столь упрощенный подход сознательно, для сохранения лица и прибыли, то у малобюджетной «Верности» такого оправдания нет, и потому она выглядит как артефакт из кинематографа уже далекого XX века с его робкими попытками разобраться в самых базовых аспектах женской сексуальности. 

Фильм идет щадящие 82 минуты, и, учитывая, что четверть этого хронометража составляют неловкие сцены секса, а еще четверть — никуда не ведущие побочные сюжетные линии, из него могла бы получиться бодрая короткометражка, в которой отсутствие хоть сколько-нибудь развернутых идей было бы не так заметно. В полном же метре вы иногда просто физически можете почувствовать, как кино упирается в собственное ограниченное понимание предмета. Причем практически любого.

Одной из основных тем картины Сайфуллаева называет исследование женской сексуальности. «Для меня важно было раскрыть тему, что женщина, которую интересует секс, которая способна получать от него удовольствие, — не *****, а обычный человек, познающий себя», — говорит она в интервью «Медузе».

Но парадокс в том, что на экране главная героиня очевидно не получает никакого удовольствия в большинстве интимных эпизодов, за исключением кульминационного — с мужем. Она не испытывает оргазмов, не проявляет инициативы в сексе, не исследует свое тело, не интересуется ни секс-игрушками, ни порно, ни даже внешностью своих партнеров. Единственная короткая сцена, где она пытается мастурбировать, прерывается комичным моментом, и впоследствии героиня как будто бы забывает о такой опции — хотя казалось бы, с чего еще начинать исследование своей сексуальности, как не со знакомства со своим же телом? Для чувственного фильма о раскрытии женской сексуальности здесь маловато сказано о физических ощущениях женщин, вы не находите?

Я уж не говорю, что исследование сексуальности совершенно не обязательно должно означать исключительно гетеросексуальность, но здесь приходится делать скидку на отечественные реалии.

Как кино о причинах женских измен или, скажем, кризисе института брака «Верность» тоже не работает. Все в том же интервью Сайфуллаева критикует общество, где мужская измена — это весело и классно, а женская — стыдно и даже опасно. Но в картине почему-то довольствуется самым примитивным из возможных подходов, объяснением первого уровня «солнце встает, потому что утро наступает», «женщина изменяет, чтобы вновь почувствовать себя желанной». Да, это действительно самая распространенная из причин женских измен, но что это говорит о женщинах? Вопросы вроде «почему у них такая острая потребность чувствовать себя сексуально желанными?», «связано ли это с разным положением женщин и мужчин в обществе?», «может ли так быть, что культура, в том числе и кинематограф, подкрепляют тезис о том, что женщины неполноценны без внимания мужчин?» в фильме не просто не находят ответа, они не поднимаются.

Это может показаться невероятным, но даже полупародийная эротика Тинто Брасса, построившего карьеру на фильмах о любвеобильных женщинах и «рогатых» мужчинах («Ключ», «Все леди делают это», «Нарушая запреты», «О, женщины!»), прорабатывает тему измен в разы обстоятельнее. По крайне мере у итальянского режиссера персонажи не одномерны, имеют предыстории и хоть какие-то связи друг с другом. В «Верности» же совершенно невозможно понять, как герои Громовой и Паля вообще сошлись — настолько это разные, не имеющие общих интересов люди, порождения плохого сценария. Наверное, такие пары бывают и в реальности, но в реальности этому есть хоть какие-то объяснения (ранний и глупый брак, «залеты», давление родителей). Фильм же действует по принципу Портоса: они женаты, просто потому что женаты.

Без фундамента прошлого этой семьи становится невозможно определить, в чем ее проблема в настоящем. Почему секс исчез из их жизни именно сейчас и каким он был до этого предельно условного момента? «Герои курят, пьют и занимаются беспорядочным сексом вместо того, чтобы просто поговорить», — сообщает нам слоган из трейлера, но при этом сам фильм делает со зрителем ровно то же самое. Выдает какую угодно информацию, от разрушенного брака пациентки до рандомной истории про тонущую лодку, но только не то, что действительно важно.

Трейлер «Верности» (2019)

По слогану и намеренному косноязычию героев, конечно, можно предположить, что фильм на самом деле о сложностях коммуникации, отсутствии сексуального вокабуляра в российском обществе. Но такие высказывания полноценно работают только на контрасте. Русский язык может показаться инструментом насилия, только если в кадре звучит еще какой-то, например, киргизский, как в «Айке». Будь «Айка» целиком на русском, этот эффект был бы незаметен. А поскольку в «Верности» угловатым фразам о «миньете» и влагалищных мышцах не противопоставляется ничего более внятного, отношение фильма к такому языку кажется совершенно нейтральным. 

Неразберихи добавляют и сценарные решения: да, отсутствие коммуникации приводит к разладу в отношениях, но и ее появление (герои все-таки начинают разговаривать, пусть и совершенно неестественно) ничего в конечном счете не меняет. Фильм буквально противоречит собственному трейлерному слогану. Разговоры тоже бесполезны, фактически утверждает он.

***
Пожалуй, единственное, с чем я не могу согласиться, скажем, с Татьяной Шороховой, так это с упреками в мизогинии авторов фильма. Да, если они пытались сделать феминистское высказывание, то отстали от повестки лет на пятьдесят, нырнув в лучшем случае во вторую волну и превратно поняв ее идеи. Но даже сама попытка в современной России посмотреть на женские измены без осуждения заслуживает как минимум десяти баллов по стобалльной системе. И еще десять можно накинуть за редкую в нашем кино сцену куннилингуса. А учитывая, что «Верность» едва ли посмотрят миллионы (я на своем сеансе за абсурдные для не-блокбастера 370 рублей сидел в гордом одиночестве), ей вполне подойдет описание планеты Земля из «Автостопом по галактике» — в основном безвредна.

К тому же Нигина Сайфуллаева, по всей видимости, хороший человек, которому не чужда эмпатия и социальная активность. Она одна из очень немногих деятелей нашего кино, которая выступила в поддержку фигурантов московского дела и даже стояла в одиночном пикете. Она — сильная личность, преодолевшая, судя по ее интервью, множество внешних и внутренних барьеров, перебравшаяся в нашу консервативную страну из еще более консервативной страны, не стесняющаяся заявлять о феминистском подтексте в своих фильмах, что не часто встретишь даже у западных режиссеров, и, похоже, искренне интересующаяся положением женщин в мире.

Возможно, проблема ее фильма в том, что она просто не верит в интересность собственной жизни и опыта или слишком мало анализирует ситуации, происходящие с ней самой.

«Драматургия моих фильмов не похожа на мою реальную жизнь. Если снять все так, как было у меня, получится неинтересная вялая фигня», — шутит она в одном интервью. А в другом рассказывает историю из своего прошлого: «У меня был однажды секс втроем, я была одинокая, не была связана никакими обязательствами, а со мной была пара. И я видела, как тяжело было девушке, ей было больно. Это был единственный опыт в моей жизни, после которого я поняла, что это абсолютно не моя территория».

И боже, эта история гораздо интереснее и многограннее всего фильма «Верность». Конечно, и здесь нужно суметь задать правильные вопросы. Почему девушка согласилась на это? Почему женщины в принципе так часто соглашаются на неприятные для них сексуальные практики? Почему мужчины ставят свое удовольствие выше комфорта партнерок? Возможна ли в нашем обществе ситуация, где парень страдает, а не получает удовольствие от секса втроем? И десятки других. Но научиться их задавать – дело времени и желания.

Очень надеюсь, что Нигина не примет за объективную реальность восторги большинства российских критиков, не подсядет на эту пресловутую иглу мужского одобрения (сама режиссерка признавалась, что фильм больше понравился мужчинам), посмотрит, что, как, а главное — почему снимают, скажем, в «Мастерах секса», «Оранжевом — хите сезона», «Эйфории» или даже отдельных эпизодах «Игры престолов» (даже в этом убежище мэйл-гейза показали, что для секса не обязателен член) и в следующий раз сделает действительно современное кино о женской сексуальности. У нее для этого есть все возможности.

%d такие блоггеры, как: