Кино

Великая красота

«Правда» Хирокадзу Корээды открыла Венецианский фестиваль

Венецианский фестиваль отказывается модернизироваться и открывается ностальгической комедией о пожилой актрисе с великим прошлым. Что ж, это тоже вполне себе ниша, демографически даже очень большая.

Прошлогодний победитель Каннского фестиваля, великий исследователь института семьи, Хирокадзу Корээда снял смешной фильм с остроумными шутками – свой первый фильм за пределами Японии, на двух плохо знакомых ему языках, французском и английском. Музыку, играющую в картине важную роль, написал наш соотечественник Алексей Айги. Персонажи – актеры, сценаристка, режиссер, часть действия происходит на съемочной площадке. Язык кино и миф кино универсальны, напоминает Корээда; если заговорить на нем, исчезают любые культурные различия.

Героиня Катрин Денев – великая французская актриса масштаба Катрин Денев (язвительно подшучивающая над соседками по пантеону). Жюльетт Бинош играет ее дочь, приехавшую из Нью-Йорка вместе с ребенком и мужем (Итан Хоук), чтобы проведать маму в дни выхода огромным тиражом ее сенсационных мемуаров под названием «Правда». Синопсис предвещал семейную драму и болезненное выяснение отношений, но картина оказывается блистательно сыгранной трогательной, проникнутой ностальгией комедией, скрывающей в себе еще один фильм: фантастическую притчу о молодой женщине, которая улетела в космос, чтобы не стареть, но иногда прилетает и навещает свою дочь; дочери сначала десять лет (никто в мировом кино не работает с детьми, как Корээда; это за его картину «Никто не узнает» вручили актерский приз самому молодому лауреату в истории, 14-летнему на тот момент Юе Ягире), потом она становится все старше, старше и наконец достигает возраста Денев.

Открываясь этой картиной, Венецианский фестиваль вольно или невольно акцентирует внимание на том месте, который он сегодня занимает в мировом фестивальном движении: старейший в мире, максимально старомодный, максимально влюбленный в XX век – век кино, обособившийся на своем острове Лидо, собирающий в своих залах аудиторию себе подстать (остальные, кто пободрее, уехали в Торонто). Сценарий написан Корээдой, очевидно, для Катрин Денев и ее постоянных зрителей – многочисленных европейцев, проживших долгую жизнь с этой иконой кинематографа. Но палимпсест из женских характеров и возрастов (в параде которых принимает участие и Людивин Санье) и окружающих их мужчин, чьи характеры выписаны ярко, расширяет аудиторию картины: на каждом этапе жизни есть свои развилки, которые делают невозможным то, что было возможно до.

На финальных титрах Денев в леопардовой шубе бесконечно выгуливает собаку – сцена выглядит, как прощание. Модернизация модернизацией, но немного не по себе становится от вопроса, что мы будем делать, когда это поколение от нас окончательно уйдет.

%d такие блоггеры, как: