Кино

Главное из интервью Квентина Тарантино журналу Sight & Sound

Этот текст поможет вам понять, почему вам нравится (или не нравится) «Однажды в… Голливуде»

Для интервью с Квентином Тарантино британский журнал Sight & Sound отрядил в Лос-Анджелес сценаристку и киноведку Ким Морган, которая сейчас работает с Гильермо дель Торо над его новым фильмом «Аллея кошмаров». По сути, это даже не интервью — Морган говорит реплику, которую Тарантино подхватывает и развивает. Рассказываем основное.

Несмотря на свою любовь к реализму в кино, Тарантино решил, что действие «Однажды в… Голливуде» будет развиваться в относительно альтернативной вселенной.


Фильмы некоторых режиссеров можно рассматривать как один большой фильм, и, если соединить все работы Тарантино в одну, то «Однажды… в Голливуде» — своего рода кульминация этой мегакартины. А последний, десятый, станет эпилогом. Тарантино проводит аналогию с поездом, где каждый вагон — это фильм, и сравнивает будущую картину с маленьким тормозным вагончиком.


Поначалу фильм вообще не планировался. Режиссер начал писать книгу, закончил три главы. Первая глава была посвящена Клиффу и его жене — тому, что лучилось на борту яхты, где супруга каскадера погибла при загадочных обстоятельствах. Тарантино назвал ее «Злоключение». Что на самом деле произошло, режиссер не рассказывает («Пусть решают зрители»). Вторая глава была своего рода данью уважения фильмам Рика Далтона и экскурсом по его карьере. Называлась «Рожденный стать МакКуином» (The Man Who Would Be McQueen). Третья глава — сцена в ресторане Musso & Frank, в которой Рик встречается со своим агентом (в фильме его сыграл Аль Пачино). Через диалоги прослеживалась вся карьера Рика. Постепенно Тарантино понял, что у него на руках материал для фильма и начал работу над сценарием.


Сценарий «Однажды в… Голливуде» режиссер писал долго, но не так долго, как «Бесславных ублюдков» (их сочинение растянулось дилогию «Убить Билла»).

На съемках фильма «Однажды в… Голливуде»

За пять лет персонажи претерпели изменения. Сценарий как таковой Тарантино не писал, он, скорее, исследовал своих придуманных героев и окружающую среду. В итоге режиссер расписал несколько дней из жизни Рика, Клиффа и Шэрон. «Иногда у них что-то происходит, иногда нет».


Каждый день приближает нас к трагедии Тейт — Тарантино уверен, что каждый зритель прекрасно знают, что она была убита 9 августа 1969 года. И если первый день (аэропорт, вечеринка «Плэйбоя») нас не напрягает, то далее предчувствие будущей трагедии усиливается «как будто тикают часы в «Дюнкерке»».


Всякий раз, когда Шэрон Тейт (Марго Робби) появляется на экране, мир должен fucking замедлиться. «Мы должны просто тусоваться с ней, невзирая на время. Для жителей Лос-Анджелеса такое поведение привычно».


Воссоздавая Лос-Анджелес 1969-го по фотографиям, Тарантино прежде всего ориентировался на собственную память, когда он, будучи шестилетним пацаном, катался по городу с отчимом, который по ночам играл на фортепиано в баре. «Мы с ним утром смотрели телек, потом ездили обедать в закусочную, или он брал меня с собой на встречи с дружками. По вечерам мы ходили в кино». Шестилетний ребенок видит то, что ему интересно, поэтому в «Голливуде» есть, например, билборды с рекламой фильмов, но нет рекламы медицинских препаратов — на них маленький Квентин не обращал внимания.


Рик Далтон — образ собирательный, прототипами стали сразу несколько актеров. Джордж Махарис, Тай Хардин, Винс Эдвардс, Эдд Бёрнс, Фабиан и Таб Хантер. Леонардо ДиКаприо терпеть не мог Хардина, но полюбил Бёрнса — до начала работы над фильмом, он не знал, кто это такой. Тарантино показал актеру «Тайное вторжение» и песню Kookie, Kookie, Lend Me Your Comb, сделавшую Бёрнса знаменитым.

Поначалу ДиКаприо считал Бёрнса «парнем с начесом», но постепенно проникся и заявил режиссеру, что Эдд «мужик клевый». Как Эдд Бёрнс ассоциировался у ДиКаприо со стереотипным «классным актером из прошлого», так же и Рик Далтон никак не вяжется с имиджем восходящих звезд Голливуда конца 1960-х — Джеком Николсоном, Питером Фондой или Дональдом Сазерлендом.


Тарантино продумал образ Далтона до мелочей, и даже знал, у кого бы тот стал сниматься. «Если бы ему повезло, он поработал бы с Филом Карлсоном, Лесли Мартинсоном, режиссерами этого ряда. Актеры той эпохи были очень щепетильный в плане статуса, так что они бы с радостью снялись в вестерне Бёрта Кеннеди. Не потому что он лучший режиссер в мире, а потому что он делал фильмы для Warner Brothers. И для 20th Century Fox. И снимал Кирка Дугласа. Так что все это статусная история. Рик с удовольствием сыграл бы в «Военном фургоне» вместо Кирка Дугласа. Все это студийное кино. А предложи бы ему фильм AIP (American International Pictures), он бы отказался». Для звезд того времени участие в фильмах независимой киностудии AIP — своего рода уход в небытие, статус лузера. AIP снимали малобюджетное кино, кино категории «Б» и картины для подростков (что забавно, первым релизом AIP был фильм под названием The Fast and the Furious).

Дуглас и Джон Уэйн в фильме «Военный фургон»

В начатой книге Тарантино Рик Далтон гневно отвергает предложение сняться в фильме Роджера Кормана.


Хозяина ранчо, где обжилась семья Мэнсона, слепого Джорджа Спана, должен был играть Бёрт Рейнольдс, но, увы, актер скончался до начала съемок. Брюс Дёрн позвонил Тарантино сам и предложил заменить бывшего коллегу.


Дёрн до сих пор помнит имена режиссеров всех телевизионных эпизодов, в которых он был занят. В свое время это было важно — некоторые телережиссеры выбивались в кино, и могли позвать с собой.


Клифф Бут (Брэд Питт) тоже имеет прототип, но его имя Тарантино не называет. Однажды он снимал актера в возрасте, а у того был дублер. И однажды актер подошел к режиссеру испросил, нет ли работы и для дублера. Мол, я не отвлекал вопросами про него, но если вдруг что есть, буду благодарен. «Я сказал, окей, тащи сюда своего парня. Приходит этот мужик, и сразу становится ясно, что они вместе работают уже очень-очень-очень давно. Но уже понятно, что на этом все: оба постарели. Я быстро осознал, что тот мужик — он классный был — работает не на меня, а на товарища. Короче, он выполнил трюк, и я спросил, как он. Отвечает, что все хорошо, и если «он доволен, то и я доволен» — кивает в сторону актера. И я подумал, что это любопытная динамика. И что, если я решусь снимать кино про Голливуд, то было бы интересно такое показать. Кажется, про такое не снимали».

«Однажды в… Голливуде»

Чтобы подготовиться к съемкам, актеры по требованию Тарантино смотрели следующие картины: «Долина кукол» (чтобы увидеть Шэрон Тейт), «Алекс в стране чудес», «Играй как по писаному» и «Боб и Кэрол, Тед и Элис» (последние три — чтобы проникнуться духом Лос-Анджелеса 1960-х).


Было и литературное влияние: Квентин Тарантино называет писательницу Джоан Дидион, чей Лос-Анджелес режиссер считает максимально приближенным к своему. Тарантино также вспоминает, что фильм «Играй как по писаному», поставленный по роману Дидион Play It As It Lays, очень хотел снимать Сэм Пекинпа,


ДиКаприо в процессе подготовки к фильму стал большим фанатом актера Ральфа Микера — этим фактом Тарантино очень гордится. Лео уже видел «Тропы славы» с ним, пересмотрел это кино, потом открыл для себя другие картины с участием актера («Обнаженная шпора», «Целуй меня насмерть», «Аллея славы» и «Резня в день Святого Валентина»). ДиКаприо заметил, что Микер зачастую играет не моргая, и взял этот прием на заметку. После первого просмотра завершенного фильма, Тарантино сообщил ДиКаприо, что Дакота Фаннинг, что называется, «дала Микера», сыграв сцену в доме Спана не моргая.

«Целуй меня насмерть»

Брэд Питт и Квентин Тарантино — примерно одного возраста, и оба, как выяснилось на площадке, в детстве увлекались сериалом «Прозвища Смит и Джонс». Этот вестерн печально известен гибелью исполнителя одной из главных ролей в расцвете лет. 31 декабря 1971 года актер Пит Дюэл застрелился. Для юных Брэда и Квентина это было первое столкновение с суицидом. Тарантино расследовал историю гибели Дюэла и выяснил, что он не только сильно пил, но и, скорее всего, страдал от биполярного расстройства — вот только диагноз ему так и не поставили. После разговора с Питтом он рассказал ДиКаприо о Дюэле и характер Рика еще немного поменялся — Леонардо начал играть своего героя как человека с биполярным расстройством. Да, он пьет, но перемены его настроения вызваны не капризами, а болезнью.

Купить цифровую версию нового номера Sight & Sound на английском языке можно здесь.

%d такие блоггеры, как: